Пока Орион хрипел, впиваясь пальцами в землю, Саймон с колотящимся сердцем вглядывался в ель, где до этого прятался Нолан. Где-то там сидел Лео, наблюдал и выжидал, прямо как Саймон. Вместе они бы легко справились с остатками армии Птиц. Три потомка Звериного короля, объединив силы, могли разрушить мир до основания.

Но в то же время Саймон знал, на какие жертвы пошёл Лео, чтобы сохранить свою личность в тайне, чтобы скрыться от мира, считающего его мёртвым. Он обрёк себя на годы, даже десятилетия одиночества. Практически не видел дочь. Постоянно переезжал с места на место, ведь у него не было ни дома, ни друзей, ни спокойной жизни, лишь одна цель: уничтожить Хищника.

Он не мог рисковать всем, чтобы помочь Нолану. Действовать должен был Саймон.

– Ладно, – прохрипел Орион, пытаясь вдохнуть. – Я отпущу… твою бабушку. Но ты, мальчишка… останешься со мной.

Нолан нахмурил брови, но несколько долгих мгновений спустя отпустил Ориона.

– Она ранена, – сказал он, оборачиваясь человеком и подбегая к окровавленной волчице. – Ей нужен врач.

– Нолан, уходи, – прошептала Селеста – так тихо, что даже с идеальным слухом Саймон с трудом уловил её слова.

– Я тебя не оставлю, – сказал Нолан, взяв её за лапу. – Он меня не тронет.

– Тронет, ещё как, – возразила она. – Я серьёзно, дорогой. Послушай меня хоть раз. Со мной всё будет в порядке, главное, чтобы ты был в безопасности.

Пока они говорили, Перрин помог Ориону подняться. Тот стряхнул с одежды ворох хвои, и Саймону показалось, что в темноте что-то блеснуло.

– Я с ними справлюсь, – шепнул Нолан Селесте, наклоняясь ближе. – Они даже не поймут, что произошло.

– Нет, просто уходи, – сказала она голосом, дрогнувшим от отчаяния.

И в ту же секунду Орион бросился к Нолану и перехватил его за пояс, взмахивая охотничьим ножом. На одно ужасающее мгновение Саймон решил, что брата сейчас зарежут, но Орион лишь прижал лезвие к его горлу, не выпуская из медвежьей хватки.

– Попробуй превратиться, и я тебе глотку перережу, – пригрозил Орион. Нолан забился в его руках, но повелитель Птиц оказался сильнее. – Так, Селеста, на чём мы остановились?

Саймон застыл. Сердце его билось так громко, что в ушах шумело. Нет, Орион не посмеет. Он не посмеет. Но в глазах дедушки плескалось безумие, и Саймон костьми ощутил, что ошибается.

Селеста кое-как встала, опасно пошатываясь на четырёх лапах.

– Тебе нужна я, а не он, – рыкнула она. – Отпусти его.

– Отдай Осколки, – сказал Орион, – или снова придётся хоронить своего драгоценного мальчика.

Яростно зарычав, Селеста дико сверкнула глазами и бросилась на него, оскалив зубы. Но не успела добраться до Ориона: зазвенела тетива, и в плечо её впилась стрела. Споткнувшись, она рухнула на землю.