– Бабушка! – заорал Нолан. Он врезал локтем Ориону в живот, но тот даже не поморщился.

– Последний шанс, – зычно произнёс он. – Где Осколки, Селеста?

– Не у… не у меня, – выплюнула она. – Здесь их больше нет.

Орион глубоко вздохнул.

– Жаль, – пробормотал он. – А я-то надеялся, что мы обойдёмся малой кровью.

Он стиснул пальцы на рукояти ножа. Время будто замерло, растянулось в бесконечность, и Саймон понял: если он ничего не предпримет, брат умрёт.

– Стой! – крикнул он. Слетев с ветви, он приземлился в нескольких метрах от Селесты и тут же вернул себе человеческий облик.

От гнева потряхивало, и пришлось взять себя в руки, чтобы не напасть на деда. Он мог с лёгкостью разорвать повелителя Птиц на части, применив силы, но одно неловкое движение – и брату конец.

– А, Саймон. Ты снова с нами, чудесно, – произнёс Орион гневно, прижимая нож к горлу Нолана. – Ты что, забыл, что от тебя требовалось?

– Осколки у меня, – дрожащим голосом сказал он.

– Ты что творишь? – прошипел Нолан сквозь зубы, а Селеста угрожающе зарычала. Саймон не обратил на них внимания.

– Мне надоела твоя вечная ложь, – сказал Орион, смещая вес с больной ноги.

 – Когда вернёмся на Ястребиную гору…

Саймон не стал его слушать, а просто достал Осколки из кармана. Три кристалла обжигали руку так, будто полыхали огнём, но он твёрдо держал их, показывая Ориону."

"– Они настоящие, – сказал он. – И я передам их тебе, как только отпустишь Нолана.

Во взгляде Ориона скользнуло недоверие, сменившееся алчностью. Он мрачно усмехнулся.

– Невероятно. Ты у нас просто нечто, да, мой мальчик? Боюсь, правда, у тебя нет выбора. Если хочешь спасти брата, положи Осколки на землю и медленно отойди.

Саймон помотал головой:

– Я тебе не верю. Сначала отпусти его. И Селесту, – добавил он как можно уверенней. – Её тоже придётся пощадить.

– Селесту? – Чёрные с проседью брови Ориона взмыли вверх. – Ты спасаешь женщину, которая похитила твоего брата и собиралась его убить?

– Не собиралась она его убивать, – жарко возразил Саймон. – Она пыталась защитить его от тебя!

Воцарилась тишина. Орион смотрел на Осколки в руке Саймона, будто раздумывал, стоят ли они того. Саймон не шевелился, цепляясь за надежду, что заполучить их он хочет больше, чем убить Селесту и Нолана.

– Что ж, ладно, – наконец произнёс Орион. – Я отпущу Нолана и сохраню Селесте жизнь, но только потому что ты мой наследник, Саймон, и очень мне дорог. Нас ждут великие свершения, когда я соберу Хищника, и скоро перед тобой склонится весь мир.

– Не хочу я, чтобы передо мной склонялись, – сказал Саймон. – Я просто хочу спасти брата.

Губ Ориона коснулась ухмылка, и торжественным жестом он выпустил Нолана.

– Вперёд, – сказал он. – Лети, куда хочешь. Обещаю, никто за тобой не последует.