"Ира Орлова

Чужой муж. Книга вторая

Глава 1

Алексей

Белые халаты, удушающий запах больницы и хмурый, сосредоточенный врач, что вела меня по коридору, вкратце описывая ситуацию. Сегодня я стал отцом. Меня переполняла радость и чувство, которое сложно было описать. Будто я покорил мир или подобен Богу. Ведь это, благодаря мне, зародилась жизнь, а теперь на свет появился человек. Наполненный счастьем и эйфорией, купил Саше букет, но меня завернули с ним на входе. В роддом нельзя с цветами — аллергены. Подарил их постовой сестре. Этот день немного омрачали новости о состоянии ребёнка. Мне нудным голосом разъясняли последствия столь раннего появления малышки на свет, и сколько она будет находиться в кувезе.

Покивал, как китайский болванчик в такт словам доктора и задал самый волнующий меня вопрос:

— Жить будет?

— Будет, но…, — далее она опять завела пластинку о реабилитации, проблемах со здоровьем и прочем. Мы уже достигли палаты, где отдыхала Александра, — Молодая мама в курсе всего, мы ей объяснили, если у вас будут вопросы, мой кабинет в конце коридора, — устало выдохнула женщина и удалилась.

Осторожно постучал и отворил дверь. Саша лежала на кровати, возле которой стояла капельница. Жена просто безразлично наблюдала за тем, как капают капельки раствора, а после стекают по трубочке к вене. Взгляд потухший, глаза красные с лопнувшими капиллярами, губы пересохли и пошли небольшими трещинами. Такой маленькой, такой хрупкой и несчастной она была в тот момент, что сердце сжалось в груди.

— Саш, — тихо позвал, улыбаясь, она вздрогнула, отвлеклась от увлекательного занятия и сфокусировала взгляд на мне, — Милая, ты умница, — шептал, подходя ближе, — Ты нам дочь родила…

Саша пару раз моргнула, будто до неё туго доходило. А после гримаса боли исказила её лицо, и она зарыдала, громко и некрасиво.

— Лё-ё-ёш, — провыла она, протягивая ко мне руку, — Я так испугалась, мне так больно-о-о… Она… она…, — Александра задыхалась, не в силах что-то выдавить из себя, как рыба хватала ртом воздух, а крупные слёзы катились по её щекам. Подошёл ближе, обнял Сашу, крепко прижимая к себе, гладя по голове, чувствуя, как дрожит её тело, — Она синенькая родилась… Такая маленькая… Я не слышала, как она закричала-а-а-а….

— Всё будет хорошо. Тише… Ну, самое страшное позади. Вы обе живы. Мы со всем справимся, — успокаивал её.

— Лёш, только не бросай меня… Я не переживу, — у меня рубашка намокла от её слёз, — Не бросай нас… Умоляю…

* * *Три месяца спустя…

— Алёш, — голос мамы звучал напряжённо, — Как вы там? — она звонила каждый день, и вопрос был неизменным. Все вокруг только и делали, что спрашивали о том, как мы, будто хотели подсознательно услышать, как нам плохо.