Дождь нещадно хлестал окоченевшие руки. За спиной послышался чей-то голос:

— Дать огонька?

Сэм оглянулся на высокого русоволосого юношу с голубыми глазами и бегущими по щекам струйками дождя; оба они как будто плакали.

— Спасибо. — Сэм улыбнулся, и на мгновение в его глазах зажглись веселые огоньки, как некогда в университете, когда он мечтал блистать в студенческом драмкружке. — Хорошенькое Рождество, не правда ли?

Подошедший вернул ему улыбку. Должно быть, он был постарше Сэма, и Сэм выглядел старше своего возраста. После участия в боевых действиях в Северной Африке и в итальянской кампании все они чувствовали себя постаревшими.

— Артур Паттерсон, — представился русоволосый.

— Очаровательная страна, — продолжал подшучивать Сэм. — Всю жизнь мечтал здесь побывать. Поистине незабываемое путешествие. — Он насмешливо огляделся, словно выискивая полуголых красоток, загорающих на бесконечных залитых солнцем пляжах.

— Ты давно здесь?

— Тыщу лет. Прошлое Рождество справлял в Северной Африке. Сногсшибательный курорт. Нам прислал приглашение Роммель.

Сэм с благодарным выражением лица зажег свой окурок и пару раз затянулся, прежде чем обжечь пальцы. Он охотно поделился бы с новым товарищем, но дождь и ветер раньше времени вырвали у него из рук этот остаток былой роскоши. Он виновато улыбнулся.

— Извини. Меня зовут Сэм Уолкер.

— Откуда ты?

Сэм хотел ответить: «Из Гарварда», но здесь это звучало бы нелепо.

— Из Бостона.

— А я из Нью-Йорка.

Как будто это имело значение! Все утратило смысл, эти названия больше не существовали. Реальными были Палермо, Сицилия, Салерно, Неаполь и Рим — вожделенная цель. Только бы дожить до его освобождения.

Рослый блондин поежился.

— Я работал юристом… до этой заварушки.

Прежде это произвело бы на Сэма впечатление, но теперь все на свете было неважно.

— А я мечтал стать актером.

До сих пор он мало с кем делился своей мечтой — только с немногочисленными друзьями, и то они смеялись над ним, а преподаватели советовали заняться чем-то более существенным. Никто не представлял, как много это значило для него и что он почувствовал, когда впервые вышел на подмостки. Свершилось чудо перевоплощения в другого человека. Никому не дано было это понять, даже в Гарварде, где учились будущие доктора, юристы, бизнесмены, главы корпораций и фондов, послы…

Сэм усмехнулся про себя. Вот и он стал послом, только с винтовкой в руках и прикрепленным к ней штыком — за минувший год он не раз проделывал это. Интересно, сколько человек убил Паттерсон и как он после этого себя чувствует? Впрочем, здесь не принято задавать подобные вопросы.