Уэст Голден — его так легко ненавидеть, но перед ним так трудно устоять. Не позволяйте его хорошенькому личику обмануть вас. Он не мальчик, живущий по соседству и не тот, кому можно доверить своё сердце. Он — дьявол в дизайнерских джинсах, со всем обаянием настоящего психопата. Поверьте мне. Он клянётся, что я перешла ему дорогу, еще до того, как переступила порог школы Сайпресс, но это ложь. Никто лучше меня не знает, что у меня нет никаких шансов. Еще один неверный шаг, и я смогу распрощаться со своим будущим, а это значит, что я не могу быть виновной в том, что, по его мнению, что я сделала. Уэст в любом случае наметил меня мишенью, и, будучи футбольной звездой этого города, никто не осмеливается идти против него. Его деньги, статус и преданность его не менее влиятельных братьев делают его неприкасаемым. Только я знаю, что это не так. Этот лжебог не так уж непогрешим, каким хочет казаться всему миру. Всякий раз, когда я смотрю в эти дьявольские зеленые глаза, я вижу это как ясный день. Прореху в его броне. Его единственную слабость. Меня. Король школы Сайпресс наконец-то встретил свою пару, и победить его стало делом техники.  

— ИЮНЬ, ЧЕТЫРЕ МЕСЯЦА СПУСТЯ —

Скомканные слова, которые она написала, усилили тяжесть.

Это то, что я должна была сделать в то утро, когда обнаружила этот самый лист бумаги с пятнами кофе, приклеенный к моей двери. Вместо этого я аккуратно сложила его и положила в свой бумажник, как крошечную святыню, которую я ношу с собой, куда бы ни пошла.

Я всегда тосковала по остаткам любви, которые она оставила после себя, разбросав по всей моей жизни. Затем, в самое неподходящее время, я снова натыкаюсь на них. Как сейчас, когда вокруг меня бушует бомбическая вечеринка, и я отказываюсь от прекрасной возможности просто быть молодой и свободной. Почему? Потому что поиски в моем клатче жвачки привели меня к этой записке, и я внезапно застыла, размышляя о маминой извращенной версии любви. Мне следовало бы поболтать с каким-нибудь симпатичным парнем или танцевать так, будто завтра наступит конец света, но нет.

— Нашла тебя! Похоже, мой радар на шлюх все еще работает, — пробормотала Джулс.

Улыбка заменила мое истинное выражение лица так быстро, что аж страшно.

— Ты говоришь такие милые вещи, — я подразнила ее в ответ, разглаживая обеими ладонями белые льняные шорты, которые я позаимствовала из-за ее настойчивых уговоров. Они были частью целой сделки — черная майка, черные каблуки и серебряные сережки. Единственная видимая вещь, которая на самом деле принадлежит мне, — это мой клатч.

Более игривая, чем обычно, Джулс нежно дотронулась до блондинистой косы «рыбий хвост» на моем плече. Она заплела ее мне, пока мы готовились к поездке несколько часов назад.