Габриэль, казалось, готов был выбить из него признание силой, но вместо этого он прошел к двери.

– Джентльмены, нужно кое-что обсудить.

Все трое вышли из комнаты.

– Мама, – прошептала Аманда, – одно послание было написано не твоей рукой. Ярнелл писал его сам?

Мать кивнула. Аманда встала и вышла из комнаты.

Три герцога беседовали вполголоса на лестнице, но замолчали, увидев Аманду. Она зашла к себе в номер и вывалила все содержимое своего чемодана, где быстро разыскала связку писем и вытащила ту депешу, которая была написано не ее матерью.

Аманда вернулась в номер Габриэля, и передавая бумагу, проговорила:

– Ярнелл давал мне указание по поводу передачи пряжки.

Страттон вгляделся в строчки.

– Очень хорошо, что она его сохранила. Это все-таки улика, которая прямо указывает на Ярнелла. В противном случае многие могли бы подумать, что вся афера была задумана матерью, а возможно, даже матерью и дочерью совместно.

– К сожалению, я сомневаюсь, что этот почерк может убедить судью. По крайней мере, не до такой степени, чтобы заставить предпочесть слово воровки слову джентльмена, – заметил Брентворт.

Габриэль сунул письмо в карман сюртука.

– Она дала его нам не с целью уверить судью, а в надежде убедить нас.

Лэнгфорд внимательно наблюдал за выражением лица Аманды, когда Ярнелл отрицал свою роль в этом деле. Девушка видела, насколько умно он организовал свою защиту, с тем чтобы ее мать и она сама считались единственными виновницами всего произошедшего.

– Значит, мы согласны, джентльмены, в том, что если мы под присягой признаем истинными факты по данному делу, то это приведет к реабилитации Ярнелла, – сказал Габриэль.

– Эти вещи были похищены у него, – задумчиво произнес Страттон. – Что, конечно, не извиняет воровства с целью их возвращения и того, что он с помощью своего кузена сделал с миссис Уэверли, но все обвинения против Ярнелла – похищение, принуждение с вовлечением ее дочери – строятся исключительно на словах самой миссис Уэверли.

Они все знали цену этому.

– Я настаиваю на том, что мы должны вернуть похищенные предметы их владельцам. Если Ярнелл был ограблен, он должен доказать это законными способами, – заявил Брентворт. – Мы со Страттоном сегодня поедем в его особняк и потребуем артефакты.

– Но он может вам их не отдать, – возразил Габриэль. – Вы же видите, какой он отчаянный наглец.

– Он отдаст. Не сомневайся, – ответил Страттон.

– В таком случае отвезите застежку и брошь обратно в Лондон, – сказал Габриэль. – Как только я вернусь в город, мы решим, как организовать их возвращение законным владельцам.

– Полагаю, ты не станешь стучать в дверь Найтли и передавать ему застежку, – заметил Страттон. – Мы с Брентвортом займемся этим. Нужно все организовать без лишнего шума.