Он не спросил, кто они такие и что здесь делают, а просто прошел к креслу, сел и скрестил руки на груди.

– Она шлюха и воровка, и ее дочь ничем не лучше, – произнес в свою защиту Ярнелл, выслушав выдвинутые против него обвинения.

– Но вы ведь тоже преступник, – сказал Габриэль. – С помощью шантажа заставляли мисс Уэверли воровать для вас. Или вы станете отрицать, что в данный момент являетесь обладателем раннесредневековой броши и застежки, которые заполучили точно таким же способом, как и кинжал? Ваш кузен уже сознался, что доставил вам и ту и другую вещь.

Притчард и в самом деле уже выболтал все, что знал. Задрожав при виде трех герцогов, он не раздумывая переметнулся на их сторону. Кузен бросил на него взгляд, полный иронии.

Мистер Ярнелл умеет издевательски улыбаться, подумала Аманда. Это его излюбленное выражение лица. По-видимому, оно давало ему некоторое ощущение превосходства над окружающими. Во всех остальных отношениях Ярнелл был человеком в высшей степени посредственным.

Ростом он не превосходил Аманду, и хотя не был щуплым, но и такой тучностью, как его кузен, не отличался. Темные волосы были коротко острижены. Черные глаза недоверчиво смотрели из-под густых нависающих бровей. При встрече в городе по одежде и выговору его можно было принять за джентльмена, но не очень обеспеченного. По словам матери Аманды, Ярнелл по уши влез в долги, весь доход пуская на оплату труда земляков, работавших в его владениях.

Для этого разговора они все собрались в номере Габриэля. На миссис Уэверли платье из муслина лавандового цвета с кружевным серым жакетом. Она с удовольствием в очередной раз пересказала свою историю и лишь одной фразой упомянула о собственном преступлении, а точнее, попыталась, так как Брентворт начал ее подробно допрашивать и вскоре вся неприглядная правда вышла наружу.

Миссис Уэверли Брентворт совсем не нравился. Она старалась не обращаться к нему, а когда это было необходимо, называла его «ваша светлость» подчеркнуто неуважительным и саркастическим тоном. Всякий раз, когда она это делала, Аманда больно толкала ее локтем в бок.

– Я ничего не воровал! – воскликнул Ярнелл, вынужденный наконец защищаться, хотя в первые минуты их общения решительно отказывался отвечать на любые вопросы. – Все эти предметы принадлежат мне по праву. Они были найдены на моей земле. А воры, которые их выкопали и похитили у меня, чтобы затем продать в Лондоне. Яма, вырытая ими, все еще сохранилась, вы можете на нее посмотреть, если не верите. А теперь скажите, может ли возвращение украденной собственности считаться воровством?

– Существуют законные способы потребовать возвращения похищенной собственности, – возразил Габриэль.