Антон попадает в мир ангелов в то время, как земля охвачена огнем. Близкие ждут возвращения своего внука, сына, брата, а Антон просто хочет стать сильнее.

По мере приближения город становился всё более масштабным, давил массой, словно огромный айсберг, разве что айсберг был бы величиною с мегаполис и висел в воздухе на уровне трёх сотен метров.

Я замер где-то в километре от города, размышляя, что делать дальше. Сомневаюсь, что просто вторгнуться на чужую территорию будет хорошей идеей.

— Нет, шиза моя белая, ты кто угодно, но никак не ангел, — пробормотал я, сдерживая выражения покрепче.

— Что бы ты обо мне сейчас ни думал, без меня ты бы не выжил тогда, не выживешь сейчас, не станешь сильнее и, что важнее всего, не вернёшься домой, — почему-то в голове я чётко ощущал, как эта сущность загибает пальцы, перечисляя свои текущие и гипотетические заслуги.

— Надо же, ты прям незаменима, и как я без тебя до этого жил, — скривился, понимая, что деваться некуда и здравое зерно, какое-никакое, а есть в её словах. — Так что конкретно входит в твоё определение «времени действий»?

— Тебе нужно развиваться, причём очень быстро, получать знания о техниках, которые для твоего мира считаются недостижимыми. И, как ты понимаешь, обучаться им надо не в твоём промежуточном мире, который существенно стеснён в ресурсах. Вы ещё слишком молоды и слишком мало живёте, чтобы заполучить те знания, которые, по сути, являются эхом большой войны. Когда-то, — ангел вздохнула, подрастеряв свой пыл, в её голосе проступила усталость. — В давние времена и мы не умели плести заклинания, не ставили печатей, и понятия не имели о магических конструкциях. Мы мало что понимали о вселенной, непозволительно мало. И нам этого не простили: наш мир был атакован, и за новые знания мы заплатили реками крови.

— О каких врагах идёт речь? — насторожился я.

— Ты думаешь, что низшие — это главная проблема? — иронично спросила ангел.

— Для нас — да, — отрезал я. — И мне глубоко плевать на ваши личные войны, мне необходимо спокойствие и выживание моего мира.

— Ты так же слеп, как и наши предки когда-то, — в голосе ангела зазвучала укоризна. — Вы не находитесь в изоляции, плеяда миров старше всех известных народов, наше существование взаимосвязано, этот мир — лишь бусина в цепи, которую невозможно разрушить.

— И ты решила пожертвовать всем, что мне дорого, ради того, чтобы до меня это донести⁈ Люди, оставленные там — мои близкие! Они нуждаются во мне, им грозит опасность, а ты приволокла меня сюда! — я хотел бы вернуть себе ту холодность и отстранённость, которые были моим спутниками четыреста лет назад, но эмоции так легко не подчинялись, они прорывались сквозь контроль, напоминая о том, что я не был так уж одинок в своём втором перерождении.