Древний ритуал отправил меня в тело златокудрой графини Эйвери. Низложенной мужем до простолюдинки, лишенной силы и отправленной умирать в разрушенный материнский замок на краю драконьей земли.Этого ждет от меня супруг, желающий поскорее женится на любовнице, и старый канцлер, жаждущий прибрать к рукам тайны моего разрушенного рода. Вот только я не собираюсь умирать, выходить замуж за очередного дракона или отдавать кому-то свои земли. Я собираюсь выжить и восстановить свой род и свои земли.

Екатерина БеловаХозяйка драконьего замка

От слабости кружилась голова. Перед глазами плавали темные пятна, не слушалось тело. Та… странная девушка предупреждала меня, что так будет, но лучше не становилось.

Я бы упала, но кто-то держал меня стальной рукой за предплечье, заставляя балансировать на грани обморока и яви. Плечо горело от боли, словно мне наживую кость ломали.

Одной рукой я, наконец, нащупала опору. Кажется, лестничные перила. Зрение прояснялось, темноты в глазах стало меньше, можно было разглядеть мраморные ступени, золоченые носы туфелек из-под тяжелого бархатного платья, расшитого мерцающей нитью и черные глянцевые сапоги рядом. Преодолевая дурноту, добралась взглядом от сапог до лица своего спутника, который безжалостно давил мне руку, словно тряпичной кукле.

Ледяное. Волосы, как снег, золотые глаза, губы в нить сжаты.

— Отпусти, — сказала еле слышно.

Онемевшее плечо прострелило новой болью, не удивлюсь, если оно сломано. Мужчина любезно улыбнулся, и резкие черты осветило крепкой такой, мужской притягательностью, от которой у неопытных глупышек сердце не то поет, не то трепещет. Редкой миловидности мужик, что и говорить. Руки только, как клещи.

Последнее он подтвердил, отпустив предплечье и тут же схватив меня за холку, как кота и наклонив параллельно полу. Хоть дергайся, хоть вопи, не вырвешься от такого.

— Кланяйся, бесполезная кукла, — прошипел он, не нарушая улыбки. — Учили же тебя хоть чему-то.

Ага. Учили. Папа учил таких умников бить по печени, а заканчивать контрольным ударом в голову, но я не могла подвести эту девочку, отдавшую мне тело. Уговор есть уговор. Кто знает, чем закончится для меня попытка вырваться или нагрубить супругу.

Нужно терпеть. Терпеть, чтобы найти способ выжить, вырваться из смертельного брака.

Покрепче схватившись за резные каменные перила, я расслабилась, помогая мускульной памяти воспроизвести па реверанса. Красиво, однако, только тяжело. Особенно стоять на дрожащих полусогнутых, склонясь под тяжелой рукой супруга.

Нас обвенчали несколько минут назад, и под бесстрастными древними ликами богов, совершили узаконенное преступление, забрав у молодой жены магию, чтобы прибавить ее к силам супруга.