Бросаю взгляд на часы — уже самое время закрываться.

Это невозможно, но иногда кажется, что вижу ее фигуру за окнами.

Через пару минут около двери притормаживает «Порше».

Знаю, что вполне оправданная хрень не зря лезет в голову."

"Жадно затягиваюсь дымом. Если из ушей валить начнет — ни хрена не удивлюсь.

Я ни разу не видел возле моего Зайца каких-то мужиков. Она все время одна: на работу, с работы, иногда к ней приходит Юлиана, и они вместе куда-то едут. Наверное, эти месяцы меня потому так жестко и не раскачивало — верил, что территория свободна. И хоть это уже не мой прайд, никаких других хищников тут все равно нет.

Заяц выходит из магазина, и мои губы непроизвольно растягиваются в улыбку. Она полюбила розовый. Почти всегда в нем. И сегодня на ней милое короткое пальто того же цвета, а под ним что-то предательски короткое и облегающее. Платье, могу поспорить.

Водитель «Порше» уже спешит ей навстречу — молодой, темноволосый очкарик. Одет только стремно: рваные джинсы, толстовка с капюшоном. Хотя, хули там, я сам люблю ходить как недобитый рэпер, но этому хоть точно на десяток лет меньше, чем мне.

Мой Заяц останавливается, открывает сумку и со смехом достает оттуда пару туфель.

Парень протягивает руку.

Она вкладывает в его пальцы свою ладонь.

Я выбрасываю сигарету в урну.

Пока Заяц переобувается, ее спутник внимательно за не наблюдает. Думает, что раз она его не видит, то можно без стыда пялиться ей на грудь.

Мысленно я отрываю ему пальцы, локти, выкручиваю все суставы, как жуку, которого официально отдали на садистские опыты.

Алиса становится выше в белых туфлях на высоких тонких каблуках.

Садиться на сиденье рядом с водителем — и «Порше» отчаливает.

Молодец, Миллер, теперь это точно полный проеб.

Глава сто десятая: Бармаглот

Спустя пару недель, в субботу, мы с Зайцем все-таки сталкиваемся.

В магазине, где я битый час перемеряю рубашки и костюмы, пытаясь влезть в то, что шьется либо на подростков, либо на бестелесные манекены, а у меня не влезают в этот пиздец ни руки, ни ноги.

— Может, вот эта? — Консультант Алена — так написано на бейджике у нее на груди — приносит еще одну белую рубашку и прикладывает ее к моей груди.

По-моему, только слепой не понял бы, что мне это точно мало.

Она тут же отступает, бросается к стойке и пытается найти еще что-то.

И примерно где-то между тем, как в ее руках оказывается розовая рубашка со странным воротником, и я даю понять, что точно даже не хочу это мерить, магазин наполняется знакомым ароматом духов.

Пахнет медовой дыней, летом и солнцем.

— Может, эту? — Перепуганная Алена тянется к синей рубашке, но на этот раз ее останавливаю даже не я.

Мой Заяц.

— Он это точно не наденет, — говорит с задорным весельем в голосе. — И лучше даже не пытаться.