Бронзу перевозят! Любой мелкий служащий посольства может воспользоваться услугой курьеров, такие в МИДе порядки. Нам же надо не ошибиться и выследить именно того, кто будет переправлять империалы. И как выследить! С вокзала он отправится в посольство. Перво-наперво сдаст почту и лишь тогда сможет заняться гешефтом. Пока курьер возится с почтой, золото останется в экипаже. Значит, ему понадобится охранник. Или даже два. Покончив с официальной частью, курьер сунется в банк. Покажет доверенность, депонирует металл, возьмет вкладные расписки и потом в России отдаст их хозяину золота в обмен на комиссионные.

Азвестопуло сказал:

– Правдоподобно. Но мой вопрос остается: как узнать, за каким курьером следить? Мы же не можем вскрывать все вализы в поисках нужной нам. И еще. Ценности переправляют через границу раз в месяц, возможно, даже реже. Дело подсудное, часто рисковать нельзя. Вот мы поймаем почтальона. С империалами, тайный вывоз которых из страны запрещен. Но что если это деньги не того, кто нам нужен? Не главаря картеля, а другого. Мало ли желающих обойти закон?

– Такое вполне вероятно, – согласился Алексей Николаевич. – Но нам главное поймать. Если мы возьмем курьера с поличным, то дальше вытрясем из него все. Имена, суммы, названия банков и номера счетов. Ему некуда будет деваться. И среди тех, кого он сдаст, окажется тот, кого мы ищем.

Фон Мекк только переводил взгляд с одного сыщика на другого, стараясь уловить суть. Потом он спросил:

– Я правильно вас понял, господа? Отыскав главного, вы надеетесь через него найти и второго, а именно Князя?"

"– Верно, – подтвердил Лыков. – И когда я выслежу эту гадину, то нарушу слово, данное Трусевичу.

– Какое слово?

– Об этом вам лучше не знать, – отрезал питерец.

Через три дня он сидел в кабинете вице-директора Департамента полиции Зуева и пил чай.

– Неплох-неплох. Но в Москве мне китайцы другой подарили. Вот то был чай!

– Привез бы, чем хвалиться, – сморщился Нил Петрович.

– А я привез. Дома лежит. Отсыплю и тебе фунтов десять. Но не просто так.

Зуев насторожился:

– Опять за свое? Только-только из гроба вылез…

– Помнишь дело о кабинетном золоте?[52] Я тогда поймал дипломатического курьера МИДа.

– В девяносто седьмом?

– В девяносто восьмом.

Нил Петрович отодвинул стакан, внимательно поглядел на Лыкова:

– Алексей Николаевич, ты чего удумал?

– Опять мне надо залезть в тот змеюшник.

– Зачем?

– Главного по железнодорожным кражам я так и не нашел. А за ним должок. И вот какая есть мысль…

Коллежский советник изложил вице-директору свои соображения. Тот выслушал и первым делом спросил:

– Что, по-твоему, так все плохо?

– А сам не видишь?

– Алеша, что делать-то? У меня накоплений нет. Жалованья едва хватает.