Показывай, где она лежит!

Вздохнув, Рудольф Валентинович ведёт меня к нужной палате. Горло сдавило невидимыми цепями. Я вхожу внутрь и вижу Соню. Она выглядит измученной и бледной. Но она улыбается… Потому что, в данный момент, тянет руки к маленькому свёрточку, который держит в руках акушерка."

"Уловив моё присутствие, они одновременно поворачивают головы.

— Ой, а это наш папочка пожаловал? — улыбается полноватая женщина в годах, покачивая новорожденного и делает шаг в мою сторону, приближаясь.

— У него ваши глаза. Очень красивый малыш! Настоящее чудо. Только посмотрите на него!

Я отшагиваю назад.

Не хочу его брать. Нет.

Это неправильно…

Не хочу привязываться.

Я ведь обещал Ваграму.

Мы уже подписали бумаги…

Я человек слово.

Не имею права нарушить контракт!

Акушерка едва ли не насильно вкладывает мне в руки этот маленький тёплый комочек. Счастья…

Я сжимаю челюсти и смотрю на новорожденного мальчика.

Он сладко спит, едва заметно чмокая маленькими губками.

Сердце кровью обливается и ею же захлебывается…

Твою ж мать.

Я себя в нём вижу.

Моя маленькая копия.

Адам…

Так Соня хотела назвать сына.

Однажды она шепнула мне это имя.

— К-Карим, — раздается жалобный, но счастливый стон Сони, — Я справилась. Представляешь? Было так страшно. Я думала не выживу…

Выпускает усталый вздох, прикрывая глаза, лежа в кровати, обставленной современным оборудованием.

Именно в такой момент хочется послать всё в жопу и сделать не так, как надо, или так, как будет правильно, а так, как велит душа.

Внезапно телефон в моём кармане оживает. Я отвечаю мгновенно, чтобы не разбудить младенца.

Конечно, кто бы сомневался. Это Ваграм. Когда начались роды, я отправил ему сообщение.

Акушерка забирает у меня малыша и несет его обратно к Соне, пока я отвлекаюсь на телефонный звонок.

— Слушаю.

— Ваша супруга уже родила? — интересуется мужской голос.

— Да.

— Когда можно приехать?

— Вечером, — отвечаю коротко, глядя на то, как акушерка, сюсюкаясь с малышом, который только что проснулся, прикладывает его к груди Софии.

Положив трубку, я покидаю палату.

Мне снова хочется курить. Но выкурил уже целую пачку.

Дождавшись вечера, я снова навещаю Соню. В руках держу пакеты с продуктами и личными вещами, которые она собрала заранее, когда готовилась к родам.

Соня меня не замечает. Я застываю в проходе, любуясь зрелищем, с какой заботой и нежностью она прикладывает малыша к груди. Он забавно причмокивает и пытается обхватить своими маленькими губками сосок.

Кажется, она не понимает, что с минуты на минуту ей придётся расстаться с сыном. Она чувствует себя мамой. Отдаётся этой роли без остатка. Этим делает мне больно в груди.

— Где же наш кроха?

Дверь открывается, в палату заглядывают довольные лица моих старых знакомых.