Его фирменный! А Егор, вместо того чтобы закричать от боли, слегка отклоняется влево и с одного короткого удара отправляет мужа в нокаут.

Раз, и все…

Нереально.

— А разговоров-то было, — плюет майор на обездвиженное тело.

— Как? — Моя челюсть в шоке отъезжает вниз.

Извилины отказываются переваривать информацию. То, что я вижу, невозможно.

Где долгая драка?

Где лужи крови?

Где стоны и хруст ломающихся костей?

— Ловкость рук и никакого мошенничества, — отряхнувшись, Егор достает из-за спины наручники и пакует Марата.

— До тебя… — Тру глаза. — Никто не мог…

У меня даже слов нет, чтобы описать, что именно никто не мог.

— Мы в спецназе этих спортсменов пачками укладывали.

Егор подтаскивает мужа к машине. Бьет по щекам, чтобы тот хоть немного пришел в себя. А когда Марат раскрывает рот, заталкивает в него какую-то грязную тряпку.

— Вот так хорошо. — Хлопает мужа по плечу. — Посиди пока. — Обернувшись, он притягивает меня в объятия и шумно выдыхает.

Глава 53

Кошмар позади, но чувство облегчения не приходит."

"Оно словно попало в питерскую пробку. Стоит где-то между улицей Надежды и перекрестком Отчаяния. Ползет по-черепашьи навстречу площади Счастья, пропуская вперед другие машины.

— Дрожишь? — Егор снимает свою куртку и укутывает меня как маленькую.

— Это не от холода, — стуча зубами, пытаюсь объяснить этому недогадливому мужчине.

— Закончилось все. Конец!

Он подхватывает меня на руки и несет к машине. Распахнув дверцу, устраивает на пассажирском сиденье. Но я тут же соскальзываю и со всей силы обхватываю его за талию.

— Твои жучки… я их все потеряла. Даже шапку. Она упала, а я не успела поднять. — Страх выплескивается из меня короткими фразами. — Думала, что уже не найдешь.

— Работа такая. Находить то, что потерялось. С жучками и без жучков.

Егор гладит по спине. К счастью, больше не пытается посадить на сиденье или спрятать за закрытой дверцей.

— Мы ехали к границе. С новыми документами. Еще бы чуть-чуть…

Взгляд останавливается на муже. Он все еще в полусознательном состоянии. Широко раздвинув ноги, сидит на асфальте. Вяло моргает. И изредка дергает руками, словно пытается освободиться от наручников.

— Я бы тебя и на границе нашел. Никуда бы ты не делась. — Егор щедро поливает мои душевные раны успокаивающими словами.

— И в Финляндии? — Смотрю в его глаза. Голубые, как сегодняшнее небо.

— Хоть в Лапландии. — Он качает головой и целует в нос.

— А Катя? Как она?

Как ни странно мысль о малышке — это первое, что возвращает меня в реальность. Марат клялся, что не причинил девочке вреда, только мой муж не тот человек, которому можно верить на слово.

— Она сейчас с моим папой. Черный умеет определять проблемы лучше любого психолога.