Оба догадывались, сколь скудны запасы провизии у этих людей, поэтому бесплатное печенье казалось им царским даром.

Сэм покинул бистро, по-прежнему преисполненный благоговения. Ему стало казаться, что и у войны есть приятные стороны. Ради подобного финала стоило терпеть ее тяготы. Ему было двадцать два года, и у него возникло ощущение, словно весь мир — или по крайней мере его лучшая часть — лежит у его ног.

Артур посмеивался над другом. На него Рим произвел более сильное впечатление. Возможно, потому, что он бывал там перед войной. Рим всегда занимал особое место в его сердце.

— Знаешь, Паттерсон, — захлебывался Сэм, — меня даже не тянет домой!

В это время он заметил впереди молодую женщину с завязанными узлом на затылке рыжими волосами, в прохудившемся платье цвета морской волны — оно было ей велико, однако не скрывало пленительных изгибов ее фигуры. Она шла с гордо поднятой головой и не испытывала ни к кому благодарности. Она пережила оккупацию и не считала, что чем-то обязана союзникам. Это чувствовалось по ее гордой, едва ли не вызывающей походке. Сэм не отрывал глаз от красивых ног и покачивающихся при ходьбе бедер. Они шли за гордой красоткой по улице; Артур без умолку о чем-то трещал и вдруг спросил:

— А ты как думаешь?

— О чем?

Сэм никак не мог сосредоточиться, завороженный рыжими волосам и горделивой осанкой молодой француженки. На углу она остановилась, а затем прошла по мосту на другой берег Сены и свернула на набережную Монтебелло. Сэм последовал за ней.

— Ты куда?

— Сам не знаю.

Голос Сэма звучал напряженно, голубые глаза посерьезнели. Ему казалось, что, если он хоть на миг потеряет девушку из виду, случится непоправимое.

— Куда ты? — повторил Артур.

— Что? — Сэм мельком взглянул на друга и ускорил шаг, смертельно боясь потерять прекрасную незнакомку.

И тут Артур тоже ее заметил. Как раз в это мгновение она обернулась, словно почувствовала преследование. У нее было тонкое, словно камея, лицо, молочно-белый цвет лица и большие зеленые глаза. Она посмотрела на Артура, затем остановила строгий взгляд на Сэме, как будто предупреждая, чтобы он держался на расстоянии.

Его сковывали незнание французского и ее грозный взгляд. Но когда девушка продолжила путь, Сэм с еще большей решимостью последовал за ней.

— Ты видел что-нибудь подобное? — уронил он, не глядя на Артура.

Молодую француженку как бы окружал романтический ореол, и в то же время в ней угадывалась незаурядная сила характера. Такая не станет забрасывать иностранных солдат цветами, не раскроет объятия первому встречному.

— Красивая девушка, — согласился Артур, остро ощутив несоответствие банальных слов тому впечатлению, которое она произвела на них обоих. Сэм продолжал с собачьей преданностью следовать тем же курсом.