Мелкие и шустрые – бегали, прыгали, вертелись, словно черти. Отличались от тех, с которыми раньше приходилось иметь дело. Старые знакомые, ездоки на ящерицах, выглядели поспокойнее. Наверное, потому и перегоняли пленных, а эти вот серокожие бесы служили личной охраной бога. Элита, ёптыть.

Шмель зацепился взглядом за одного. Жилистый остроухий карлик в одиночку успевал отбиться от полудюжины наседавших мужиков с косами. Увернувшись, отскочил, а потом неожиданно напрыгнул – и ранил кого-то. И вот уже против него не шестеро, а только пятеро. Ещё пару раз провернул какие-то невообразимые финты – и сократил число противников вдвое от первоначального. Оставалось уже три мужика, да и те оробели. Хотя нет, показалось – не оробели, а стали действовать осмотрительнее. Это вначале набежали на кураже, в молодецком угаре, рассчитывали количеством взять, массой задавить, но не тут-то было. А теперь уже мозги включили, заосторожничали. И ведь получилось! Новая тактика дала свои плоды – одному из мужиков удалось зацепить карлика лезвием косы по шее. Неглубоко, но хватило, чтобы остановить шуструю бесовскую пляску. А там уже и остальные подтянулись – добили сообща.

Похожая ситуация царила и в других местах. Вроде, как и побеждали наши, но какой ценой… Теме не менее, численное превосходство помогало поддерживать боевой дух, несмотря на потери. Партизаны наседали упорно, веря в скорую победу.

Шмель встрепенулся – дошло вдруг, что его люди, не дожидаясь команды, сами полезли в драку. Да уж, дисциплина в народном ополчении до сих пор далека от настоящей армейской. Однако сейчас это даже пошло на пользу – не дай бог, кто-то подумал бы, что командир струхнул, увидев резню такого масштаба. Ну а так-то вроде всё сделали правильно – прибежали с нужной стороны, ударили вовремя. Неважно уже, кричал он какие-то команды или нет. Главное, что всё по плану, сейчас осталось лишь поднажать…"

"Тактическим взаимодействием отрядов на поле боя давно уже и не пахло. Все перемешались в общую кучу, битва рассыпалась на множество мелких схваток. Каждая группка мужиков, без оглядки на прочих, гонялась по полю за собственным выбранным противником. Зачастую всего за одним, изредка за двумя-тремя, но не более. Превосходя числом, мужики заботились лишь о том, как побыстрей окружить и достать сноровистого карлика, пока тот не порезал их самих.

Лопоухие южане, в свою очередь, тоже не сумели держаться сообща – им приходилось постоянно находиться в движении, уворачиваться – какое уж тут оцепление или строй. Потому вокруг платформы с возвышавшимся на ней чёрным шатром никаких скоплений противника Шмель не заметил. Один здоровенный вол лежал в траве с пробитой головой – древко глубоко вошедшей стрелы торчало прямо из глаза.