Я хочу видеть идеальную прическу и макияж. На кровати тебя уже ждет платье.

Я отпускаю бейгл, он наконец-то достаточно подрумянился. Начинаю намазывать приличный слой крем-чиза и добавляю еще, когда замечаю выражение отвращения на лице Кэллама.

– Реплики для меня ты тоже уже заготовил? – спрашиваю я. – Может, мне просто повесить на шею плакат с фразами, которые я должна произнести?

Я откусываю огромный кусок бейгла, наслаждаясь им еще больше от мысли, что Кэллам не позволял себе такого годами.

– Для начала можешь попробовать не материться через слово, – отвечает он, и его пальцы непроизвольно подергиваются. Наверняка умирает от желания выхватить бейгл у меня изо рта и сдерживается лишь потому, что не хочет настроить меня против себя накануне сбора средств.

– Я чертовски постараюсь, – отвечаю я с набитым ртом.

Он свирепо смотрит и уходит, оставляя меня на кухне в одиночестве. Ну, не совсем в одиночестве – у меня все еще есть куча закусок.

Я делаю миску попкорна, чтобы хотя бы начать «Братство кольца».

Когда я направляюсь к кинозалу, то встречаю Риону, идущую мне навстречу с кучей папок в руках. Она кажется нервной и напряженной, как и всегда. Не знаю, зачем она убивается, чтобы кого-то впечатлить, – очевидно, что звездой семьи ее родители считают Кэллама, а сестре отведена в лучшем случае роль второго плана. Но чем сильнее ее задвигают, тем яростнее она борется за их внимание. Мне грустно наблюдать за этим."

"Не то чтобы я сильно ей сочувствовала. Риона была главной стервой-отличницей школы. Королевой дрянных девчонок. Единственная причина, по которой мне от нее не доставалось, заключалась в том, что я была младше, а значит, и не достойна ее внимания.

Примерно так же она ведет себя, проживая со мной под одной крышей. Так что порой я просто не могу удержаться, чтобы не подколоть золовку.

– Хочешь присоединиться? – спрашиваю я, поднимая миску с попкорном. – Я собираюсь смотреть «Властелина колец». Видела когда-нибудь? Мне кажется, там найдется парочка персонажей, с которыми ты могла бы себя соотнести.

Особенно с теми, которые едят человечину и рождаются из грязных инкубаторов.

– Нет, – отвечает она. – Я не собираюсь смотреть кино в три часа дня, потому что я не ребенок. Меня ждут дела.

– Точно, – говорю я, кивая головой. – Забыла, что ты секретарь в своей семье. Очень важная работа.

– Я юрист, – с ледяным достоинством произносит Риона.

– Ой, – я делаю сочувствующее лицо. – Мне жаль. Не волнуйся, я никому не скажу.

Риона прижимает тяжелые папки к бедру и склоняет голову набок, чтобы одарить меня своим фирменным взглядом дрянной девчонки.

– Точно, – мягко говорит она. – Это все для тебя какая-то шутка.