Ты не представляешь, как грабят торговцев! Клофелинщики всякие к тому же.

Я встал посреди комнаты и раскинул руки.

— Посмотри на меня. Представь, что ты — бандит. Подумаешь ли ты, что у этого сопляка карманы набиты деньгами? Нет! Меня никто не тронет!

Бабушка молчала, кусая губы. А я был уверен, что все получится. В прошлой жизни был у меня говорливый приятель из Крыма, который в девяностые возил овощи и фрукты в Москву и нехило поднялся, машину и две квартиры купил. Он даже точки сдал, где стоял и торговал!

Так почему не воспользоваться своим преимуществом — знаниями?!

Глава 21

Пойдем в подвал?

Вчера вечером бабе Вале позвонила моя классная руководительница. Я догадывался зачем: «А где Павлик? Что это он прогуливает? Или, может, заболел?»

Мать к телефону не подошла, потому ответил я. Так и оказалось: «А где Павлик?» Пришлось ей рассказывать, что-де у меня проблемы в семье, завтра все объясню.

А завтра — суббота.

Мне было чертовски обидно учиться по субботам. И, как назло, когда я выпустился, на следующий же год школу перевели на пятидневку — будто бы в прошлой жизни судьба специально надо мной издевалась. Что ж, я вернулся, чтобы прогнуть обстоятельства под себя. С шестидневкой вряд ли выйдет, а с людьми — должно.

В принципе, все получалось — думал я, топая в школу пешком. У меня была пачка клееных автобусных билетов, но хотелось окунуться в весну и тепло. Тем более скоро лето. Прекрасное длинное лето, полное приключений и новых свершений. И море. И крабы между камнями. И спелая черешня в саду. И абрикосы с румяными боками…

Прерывая поток мыслей, прокатился мимо автобус, покачивая гармошкой. Стоящий у двери гопник Каюк, которого я почти приручил, ткнулся мордой в стекло, нос его расплющило в пятак. Я сделал вид, что мне смешно.

…И люди. Те, кто раньше казался средоточием порока, теперь виделись слабыми и несчастными. Вот взять Каюка. Мать пьет и бьет, отец пьет и бьет. Наверное, до пяти лет он думал, что его зовут Заткнись. С чего ему быть нормальным?

А если бы он родился в хорошей семье, был бы, как Илья, или как Димоны.

Кажется, я только сейчас полностью вписался в новую реальность, перестал приглядываться и принюхиваться, ждать, что в любой момент мир может схлопнуться.

На душе было легко и радостно. Не давил больше груз невысказанных слов — мы с мамой более-менее поладили, и оказалось, что у этого Железного Дровосека есть сердце. Борька, как лев, получил храбрость. Наташка — ум. А я наконец вернулся домой, правда, без Тотошки.

Теперь нужно купить украденное отцом, чтобы все, и мама в том числе, поняли: без него лучше, чем с ним. Да и ему без нас будет лучше, лишь бы нам не гадил.