"Элли и Звери

Мария Зайцева

1. Сны на поле сонных цветов.

- Котен, потерпи, сейчас…

Шепот, прерывистый, такой влажный, такой сладкий, прямо в шею. Поцелуй, грубоватый, с прикусом, нетерпеливый.

«Потерпи, - он говорит, - потерпи…»

Не могу!

Откидываюсь назад, попадая в теплые, горячие даже руки, с готовностью меня подхватывающие, не дающие никуда деться, никуда скрыться…

Мне жарко. Мне немного больно и невозможно хорошо. Никогда такого не испытывала. Все в новинку.

Рывок. Вперед, прямо в грудь голую впечатываюсь, тут же с готовностью вцепляюсь зубами в гладкое плечо. Меня трясет всю, тело продирают такие судороги, словно высоковольтку подключили.

Да что такое? Почему так медленно? Надо быстрее! Надо сильнее! Я хочу сказать это, скомандовать, но слова не идут, забываю их просто!

Хорошо, что меня понимают без слов.

- Сейчас, малыш, сейчас…

Руки на моих бедрах, раздвигают, жестко.

Тоже терпения нет? Тоже?

Мягко, в противовес грубым ладоням на бедрах – руки на груди. Мнут, прихватывают, щиплют, не сильно, но так чувствительно!

Я открываю рот, но не дышу, кажется. В глазах темнеет.

Цепляюсь из последних сил, повисаю на крепкой шее.

Ладони подбрасывают вверх под попку, мгновенное замешательство… И да!!! Я выгибаюсь в талии так, что, кажется, сломаюсь сейчас, откидываюсь назад, меня тут же подхватывают, дают поддержку. Шепот в ухо, тяжелый и возбужденный:

- Кайф, какой кайф… Котен, а меня пустишь? А? Сразу? Дай, котен? Сдохну ведь…

Я не могу ничего ответить, повинуюсь жестоким движениями в себе, практически плачу от тесноты и наполненности. И не представляю, как может быть еще горячее. Но от этого шепота, клянусь, так происходит!

Я плавлюсь, растворяюсь в ритме жестких движений, в запахах, в развратно-молящем шепоте, упрашивающем меня еще, еще дать то, чего я никогда и не помышляла разрешать никому… Не помышляла, а теперь… Не могу отказать… Только не сейчас, когда так хорошо. Когда так жарко, когда так безумно.

Я обезумела. Точно. Я просто сошла с ума.

Это сон – то, что происходит со мной. Просто сладкий развратный сон. А, если сон, то возможно все.

И это тоже возможно.

Поэтому я не возмущаюсь, когда неожиданно обретаю опору под собой. Понимаю, что лежу сверху на горячем твердом теле, и даже двигаться самой не надо, он все делает сам. И в этом положении все очень глубоко, так, как ни с кем раньше.

А потом чувствую скользкое проникновение, наверно, палец, в попу, инстинктивно пытаюсь сжаться, но, похоже, это еще больше нравится тому, кто подо мной, потому что он останавливается, коротко выдыхает и шепчет:

- Не делай так больше, малыш, я же кончу. Как пацан.

И целует меня, проникает языком в рот, вылизывает жестко и напористо, даже не двигаясь, и мне этой перемены хватает, чтоб кончить.