— Куча времени еще, — легко прикусывая ее за нежную кожу шеи и тут же спохватываясь. Синяк сейчас будет совсем некстати. — Успеем. Ты мне обещала четвертый и пятый!

— Ну да, конечно. Ты снова нервничаешь и только секс способен унять твое волнение.

— Я очень нервничаю, — он лизнул место, которое прикусил. — Мне сегодня предстоит знакомство с тещей. Нервы что-то совсем расшалились.

Насколько сильно он нервничает, Варя оценила, когда по дороге Тихон заявил, что надо заехать за цветами.

— Да не нужен мне никакой букет!

— Это не тебе. Это твоей маме.

— И папе коньяк не забудь!

— Точно! — Тин хлопнул себя ладонью по лбу.

— Тиша, прекрати, я пошутила!

— Да какие шутки в таком серьезном деле, — вздохнул Тин, сворачивая на парковку к торговому центру.

— Дело кончится тем, что он тебе этот коньяк…

— … об голову расшибет, — закончил за нее Тихон. — Я в курсе. Но цветы все равно куплю. Цветами не так больно, как бутылкой.

Цветочный магазин пестрел и благоухал всеми всевозможными красками и ароматами.

— Варя, твоя мама какие цветы любит? — обернулся Тин к Варваре.

— Бордовые розы, — уверенно ответила Варя.

— Отличный выбор! — к ним незаметно подошла женщина-продавец. — Бордовые розы — синоним любви и страсти. Лучший подарок для любимой девушки.

— Мне для тещи, — мрачно оборвал восторженную речь женщины Тихон. — Кактус не предлагайте. Не исключено, что этим подарком я получу по роже.

Продавщица ошарашено замолчала. Варя негромко хихикнула. Тин стрельнул в нее хмурым взглядом, а потом обернулся к сотруднице магазина.

— Ну что вы молчите? Посоветуйте что-нибудь еще.

Женщина окинула его оценивающим взглядом.

— В какую сумму хотите уложиться?

Тин выудил из кармана портмоне, оттуда достал платиновую «визу» и принялся ею демонстративно и томно обмахиваться.

— Для любимой тещи ничего не жаль.

Ему ответом — широкая искренняя улыбка продавца, почуявшего выгодного клиента, и экспрессивный щелчок пальцами.

— Тогда — орхидеи! Десять минут, и вам соберут букет из самых свежих цветов.

— А они не колючие? — запоздало проявил подозрительность Тихий. — Без шипов?

— Орхидеи — очень нежные и хрупкие цветы!

— Это хорошо, — вздохнул Тин и потер затылок.

_____________

Дверь им открыл Глеб Николаевич. Варя едва сдержала изумленное восклицание — отец был одет в светло-серый костюм. Правда, рубашка под ним свободно расстегнута на пару пуговиц, и галстука тоже не наблюдалось. Но видно было, что сам факт наличия костюма Самойлову-старшему настроения явно не прибавлял.

— А, явились? Ну, проходите… дети.

То, что на рукопожатие ему ответили, принесло Тину физическое облегчение. Может, и дальше будет не так страшно, как он себе представлял.