Перед мысленным взором постоянно маячит образ раненого дракона, о которого я случайно запнулась в ту волшебную ночь.

Что здесь, черт возьми, творится?

И кто главный злодей?

Буркнув это под нос, подхватила чашку обеими ладонями и вдохнула терпкий аромат горячего чая. Он пах разнотравьем и садовой мятой.

Булочки и завитушки выглядели аппетитными и абсолютно безвредными, и все же пробовать их после рассказа сына кухарки я не осмелилась. На помощь пришел…

- Снежок? – Воскликнула, когда в кресле напротив из белого облачка возник хорошо знакомый пушистый кот.

Обитатель замка повел ушками с пушистыми кисточками, ударил белоснежным хвостом и, тряхнув мордашкой, сел и сложил лапки вместе.

- Не против, если буду звать тебя Снежок? – Шепнула в надежде, что моё поспешное восклицание не обидело магическое животное.

Кот снова ударил длинным хвостом о кресло и отрицательно мотнул головой «мол, нет, не против». А потом, явно давая понять, что пища –

безвредна, запрыгнул на столик, стянул лапкой с тарелки слоеную завитушку и слопал.

Благодарно кивнув, без опасений отпила ароматный напиток. Потом попробовала сладкие булочки и, наевшись, откинулась в кресле."

"Снежок все это время внимательно наблюдал за гостьей Дворца, с интересом щуря ярко-зеленые глаза, затем спрыгнул на пол, подбежал к ногам и, зацепившись за юбку когтями, попятился к порогу, издавая громкое:

- Мяу!

Я сразу сообразила:

- Куда-то зовешь?

- Мяу! – Настойчиво повторил пушистый упрямец, не думая прятать острые коготки.

Женская интуиция мягко намекнула – рядом с котиком я буду в полной безопасности.

Ни Берта, ни черная магия, коей Дворец пронизан насквозь, мне не страшны. Кроме того, до зуда в ладонях хотелось узнать сокровенные тайны драконьего замка, которые вполне могли пролить свет на творящиеся тут недобрые дела.

- Иду, иду, - вытолкнув себя из кресла, охотно отправилась за

Снежком.

Парадные двери, как по волшебству, распахнулись без посторонней помощи, пропуская в залитый синеватым сумраком коридор.

Парчовые шторы скрывали широкие окна в пол, за которыми набирала силу вечерняя метель. Вдоль стен попадались письменные столики с вазочками и фарфоровыми статуэтками. Часть массивных дверей была заперта. Изредка встречались ответвления в смежные залы – просторные, безлюдные и с неприлично дорогим убранством из серебра, хрусталя, мрамора.

Вдоволь насмотревшись на внутренние покои княжеского Дворца, невольно потирая запястье, отмеченное странной узорной меткой, что пощипывала кожу всё сильнее, я спустилась за Снежком этажом ниже.

Пушистый кот был настороже.

Его острые ушки чутко прислушивались к каждому шороху и далекому эхо.