Затаившись в одном из углов, я достал из кармана тюбик без этикетки и, выдавив немного холодной мази, начал втирать ее в места ушибов. Анестетик подействовал.

Спустя какое-то время замок снова щелкнул, показалась лысая голова моего пленителя. Так как проем был небольшой, ему приходилось слегка нагибаться, из-за чего казалось, что человек высокого роста. Но когда он подошел ближе, я понял, что комплекцией он примерно такой же, как и я, разве что плечи были шире. Типичное угрюмое выражение лица местных полицаев и мертвый взгляд вызывали чувство отвращения, словно все они были жертвами грязного инцеста. Но вот форма черепа этого типа почему-то показалась мне знакомой.

«Не хватает кудрей», – почему-то подумал я.

Под криво сросшийся нос так и просились усы. Хотелось взять карандаш и дорисовать. Настрой у охранника был какой-то загадочный, в полумраке казалось, что я вижу улыбку в уголке его губ. В руках он держал трехногий табурет, который был принесен явно не для моего удобства. Я еще сильней вжался в угол, от чего руки, сцепленные за спиной, разболелись.

Он поставил табурет напротив меня и, усевшись на него, начал доставать из карманов различные предметы и показательно выкладывать их перед собой. Первое, что я увидел, были металлические плоскогубцы.

– Зачем это?! – закричал я не своим голосом, чувствуя, как только что зажившие раны снова начали ныть.

Он молчал. Вслед за плоскогубцами показался небольшой молоток и россыпь гвоздей. Я смотрел, вытаращив глаза, и боялся даже представить, что он собрался делать с этим набором. Пруток охранник доставать не стал, тот спокойно висел у него на поясе, прямо под рукой, иногда поблескивая от неяркого света лампы.

– Почему ты молчишь? Слышишь меня? Эй, ты, давай уже звони своему начальству. – Я хотел было встать, но он схватил с пола плоскогубцы и вцепился мне в щеку.

– А-а-а-а, отпусти! Отпусти, слышишь! Сука, урод конченый, отпусти! Пожалуйста, отпусти! – вопил я сначала как ошпаренный, а после уже жалобно и заливаясь слезами.

Наконец он разжал хватку, и я рухнул на пол. Тогда он продолжил доставать инвентарь. Последним из внутреннего кармана показалось небольшое устройство, напоминающее кассетный плеер. Охранник аккуратно поставил его между нами, ровно посередине, а затем нажал на клавишу. Аппарат щелкнул и начал записывать происходящее внутри комнаты.

– Кто ты такой? Как сюда попал? – начал он свой допрос суровым монотонным голосом.

Во рту пересохло, я не мог говорить. В ступор также вводили предметы, которые, судя по всему, были здесь не для того, чтобы сколотить скворечники.

Не дождавшись ответа, охранник схватил с пола молоток и, зажав гвоздь плоскогубцами, поднес его к моему колену.