В одиночестве устраивают дворцовые перевороты, пусть и тихие, только попаданцы в книгах, ха-ха. — И эта ведьма долго ждала свой час.

Я хмыкнула в ответ на замечание по поводу ведьм. В этом мире ведьмами были не колдуньи — наличие магии сказывалось на восприятии, а отравительницы. Причем, как я уже знала, травили они не соседей и недругов, а их скот и посевы. Так что опасаться любого человека из змеевника де Меруж стоило больше, чем куриц де Бри. И еще: Антуана, как и маркиз, могли знать не все.

— Мне нужно поговорить с королем, — безнадежно попросила я.

— Устройте мне это, милая Антуана.

Маркиз смог устранить одну угрозу, но не смог избавиться от более сильной. И тогда я нашла решение.

— Вы считаете, что ее величеству угрожает опасность намного серьезнее, чем я предполагал?

Король был в бешенстве. Маркиз хмурился. Я старалась держать себя в руках.

— Верните ко двору герцогиню де Бри, — выпалила я. — Верните и столкните ее с маркизой. Кто-то из них обязательно победит, но королева пока будет вне опасности.

Может быть. Но я этого не добавила. Я запуталась.

Это было совсем не мое. Я делала что-то, металась, боялась, и все это не стоило выеденного яйца.

Глава тридцатая

В окна дворца шпарило заходящее солнце и рассыпалось по стеклам и стенам оранжевыми яркими бликами. Мы с его величеством прогуливались по дворику — тому самому, в котором стояла церковь, и я обтекала потом под платьем. Здесь почему-то никто не пользовался веерами. Я отметила это себе, но несколько вяло. Мне было не до изобретения вееров.

— Возможно, ваше величество, то, что я сейчас вам скажу, послужит во благо, возможно, во вред.

Выслушайте меня, но не принимайте решение в одиночку. Господин маркиз подскажет, как лучше вам поступить.

Король кивнул.

Какая мне разница, кто меня использует? Отличия только в том, готова ли я сама или нет.

— Если вы приблизите к себе королеву, вы дадите ей тем самым понять, что вы ей не желаете зла. У нее появится еще один человек, которому она сможет полностью доверять.

Еще один — это я, конечно, поставила телегу вперед лошади, но король ничего не заметил. Или же сделал вид, он умел.

— Какие могут возникнуть сложности?

— Это спровоцирует тех, кто мечтает удалить ее от двора.

Если бы его величество Леонар VII был постарше и помудрее, если бы я могла целиком полагаться на его рассудительность, если бы королева не была так юна, я рассказала бы — разумеется, как «послание» свыше — историю бедолаги Петра и супруги его Екатерины. Чем бы ни кончилось это для государства, императору-самодержцу пришлось поплатиться за то, что с женой он не нашел общий язык.