Я не буду на это влиять, я не смогу повлиять, я хочу, чтобы ее величество спала безмятежно и ничто не угрожало ее спокойному сну.

И я заодно спала бы спокойно. Нервы мои были уже на пределе, чувство знакомое, разница была только в том, что в моем мире существовал один неоспоримый плюс. Обмен информацией, вообще информация. Ее было много, очень много, с излишком, она была противоречива и не всегда достоверна, но добивался успеха тот, кто умел отделять зерна от плевел. Здесь же… если только «лавочкино информационное агентство».

— Я подумаю, чем вам помочь, — снова улыбнулся король, и черт бы его побрал, его обещания я могла бы использовать как заменитель своих туалетных тряпочек.

Этим же вечером маркиз, который к нам зачастил, почти перед тем, как королеве отойти к раннему сну, попросил меня познакомить его с моими наработками в области безопасности. Он деликатно назвал это «предпринятыми мерами предосторожности». М-да, мне было немного стыдно, я бы еще стул приставила к каждой двери и ведра попросила приволочь откуда-нибудь, но отнекиваться было бессмысленно. С другой стороны, опять же: это отличная возможность понять, он на нашей стороне или нет.

Хотя бы попытаться понять, оценить, прикинуть, и «наша сторона» — это та, где малышка София и я. Мне нужны были верные люди.

— Смотрите, — и маркиз извлек из кармана плаща длинный тонкий стилет в кожаном кожухе. — Если вы его так закрепите возле каждой двери… — И он показал мне, как именно. — …Вот так, чтобы его было удобно выхватить и вам, и остальным дамам. И еще: вот здесь пусть каменщик сделает ниши, это уже для слуг. Здесь можно хранить оружие понадежнее.

У меня был не просто растерянный — потерянный до крайности вид.

Или он так отменно играет, или все же я могу на него положиться. Или: оружием понадежнее надежнее убить королеву.

Но почему он сам прежде это не сделал? Не подумал? О да, люди сплошь и рядом делают глупости, не додумывают и так далее — я столько раз сталкивалась в своей жизни с обычной глупостью и недальновидностью, что давно уже им не удивлялась.

А если нет? И дело в другом? Он уверен, что опасности нет, что ничего не грозит королеве, но поддерживает эту мысль в голове короля?

Черт, я, кажется, становлюсь параноиком…

— Господин маркиз, скажите мне правду: вы тоже, как и я, считаете угрозу ее величеству настолько реальной?

— Я считаю, что хороши все средства, которые помогут предотвратить беду, — покачал головой маркиз.

— Вы не были при дворе, не знаете, в какой опасности был его величество еще до того, как женился, как погиб его кузен, тоже, скажем так, претендент на престол…

По кривоватой улыбке маркиза я прочитала: «И хорошо, что не знаете, достаточно, что все это знаю я».

— Я не считаю, что то, что делаете вы, так уж необходимо, — продолжал маркиз.