Стесняясь выразить свои чувства, он суетился, подливал кофе, подкладывал сахар. Сбегал и принес тонко нарезанный ростбиф с корнишонами. Но тетя Варя мясо отвергла напрочь:
– Гречневой каши хочу. Я сто лет не ела гречневой каши.
Он, было, метнулся к микроволновке:
– Я тебе сварю, в русском магазине всегда есть гречка.
Тетя Варя покачала головой:
– Сейчас не буду. Через пару часиков перед отъездом поем.
Филипп оторопел:
– Как перед отъездом? Ты же только приехала!"
"– Я мимолетом, из Москвы, – ее лицо засияло. – Она такая прекрасная! Знаешь, я очень боялась, что разочаруюсь в Москве и город покажется мне чужим, – тетя Варя стиснула руки.
– Тетя Варя! – он едва не завыл. – Не смей даже упоминать об этом!
– Глупости. Никто не может жить вечно, да это и ни к чему, – она улыбнулась, глядя на пляску листьев под порывами ветерка.
Хотя чашка кофе давно опустела, Филипп не спешил уходить с веранды, глядя, как в районе Сены собираются грозовые тучи. От сильных порывов ветра парусина на краю веранды скрипела и хлопала. Чтобы поднять тент, пришлось дотянуться до рычага, и тут он снова увидел рыжеволосую девушку. Глядя прямо на него, она стояла рядом с калиткой.
– Добрый день, вы кого-то ищете? – он автоматически перевел мысли и речь с русского на французский, но, наверно, ветер отнес слова прочь, потому что девушка опустила голову и пошла дальше.
* * *Больше всего Аглаю беспокоила юбка. Надуваясь шаром, ткань с размаху хлопала по ногам. От сильного ветра на улице с частными виллами было совершенно негде укрыться. Нанизанные на нить тротуара, участки с домами располагались один за другим до самого поворота. Крошечный островок автобусной остановки представлял собой платформу и стойку с табло, а каменные ограды и зеленые изгороди не предусматривали навесов для случайных прохожих.

















Комментарии
Добавить комментарий