"

"Зонтик в руках молодого человека покачнулся на сторону, обдав юбку каскадом брызг.

– Я только что думал о тебе. Ты Аглая, – сказал он вдруг по-русски, и Аглая ощутила, как у нее ослабли ноги. – Я Филипп, племянник тети Вари.

Ладонь, протянутая для приветствия, была крепкой и теплой.

«Словно каменная стена», – подумала Аглая, хотя к его пожатию такое сравнение подходило меньше всего. Когда Филипп вел ее через улицу, она вцепилась в его руку, как в якорь, посланный кораблю во время шторма. От благодарности к Сергею Дмитриевичу и Варваре Юрьевне хотелось заплакать легко и счастливо.

Они прошли по вымощенной дорожке так быстро, что Аглая не успела обратить внимания на внутренний вид садика. Заметила только россыпь бордовых вишен в мокрой листве и распахнутые створки стеклянной двери на веранду.

Задержавшись на ступенях лестницы, Филипп пропустил ее вперед:

– Будь как дома.

Проход загромождала лестница-стремянка. Филипп отпихнул ее в сторону и слегка смущенно пояснил:

– У меня ремонт, – его губы тронула ирония: – К твоему приходу.

Он покосился на грязные джинсы и футболку, припудренную крошками белесой штукатурки.

От простоты и естественности его тона у Аглаи пропало всякое смущение и стало казаться, будто она стремилась попасть именно сюда, да и вся поездка была задумана только ради сегодняшней встречи. Вскинув голову, она посмотрела ему прямо в глаза и поняла, что сияет от непривычной радости, соединявшей в себе благодарность и успокоенность.

В просторном доме Филиппа пахло кофе и негромко играла музыка. На белом кожаном диване сидел кот и стояла большая картонная коробка. На кресле лежала охапка домотканых ковриков.

Журнальный стол скрылся под связками старых книг. Кипу газет на полу придавила статуэтка бронзового медведя на задних лапах.

Аглая скинула кроссовки, больше похожие на губку из ванной. От мокрых ног на полированной напольной плитке моментально образовалось влажное пятно.

– У тебя есть тряпка? Я вытру.

Он беспечно махнул рукой:

– Высохнет, не обращай внимания. Ты, наконец, пройдешь или так и будешь стоять на пороге?

– Пройду.

Ступая на цыпочках, она немного продвинулась вглубь и остановилась у кухонной стойки, на которой громоздились пакеты и картонная коробка из пиццерии.

Мокрая юбка прилипла к ногам, и Аглая подумала, что не сможет присесть, не вымочив мебель. Она вопросительно взглянула на Филиппа, выбирая место, куда направиться.

– Тебе надо принять душ и согреться, – опередил ее Филипп. – Душ наверху. Сейчас я выдам тебе амуницию.

Орудуя одной рукой, он распахнул дверцу шкафа и выудил оттуда что-то серое и пушистое, как кроличья шубка:

– Держи халат.

Аглая поймала его в охапку. Мягкая складка бархатно погладила щеку.