"

"Разумеется, для Носовых не было тайной, что я забеременела. С трудом помню, что происходило в больнице следующие две недели, но, когда выплывала из болевого тумана, часто слышала, как доктор доказывает отцу или Носову, что аборт в таком состоянии для меня может быть смертелен.

Что делал Носов в моей палате, так и осталось загадкой. Ведь я уже не девственница, а такому чистоплюю, как бизнес партнер моего отца, нужна «чистопородная кобылка». Меня же испортили.

Будто подслушав мои мысли, Григорий признался:

— Я переживал за тебя. Приходил в больницу каждый день, но…

Он замолчал, да и я не спешила говорить. Знала, что Гриша каждый день приезжал, привозил цветы и подарки, но люди отца ко мне в палату без его разрешения никого не пускали. А почему папа не давал согласия моему бывшему жениху, и так понятно. Отец запретил мне рассказывать кому-то о “Привете от Лютого”, но боялся, что в таком состоянии я проговорюсь.

— Спасибо, — чтобы разорвать напряжённое молчание, снова поблагодарила я.

Я знала, что Григорий других слов ждал, Но я не могла их произнести. Отвернулась. Меня бы устроила обычная прогулка верхом. Глоток воздуха, кусочек свободы без прессинга отца, который требовал избавиться от ребёнка. Ведь я уже поправилась, и это было бы неопасно…

Я же требовала позволить мне оставить ребенка, и тогда я выйду замуж хоть за черта. Но, если признаться, я сомневалась, что Носовы пойдут на это условие. Маленькая надежда, что меня оставят в покое…

Гриша стукнул пятками в бока коня и, обогнав меня, развернул животное, преграждая путь. Я натянула поводья и удивлённо посмотрела на мужчину.

— Лина, — решительно начал он. — Я пригласил тебя на прогулку, чтобы серьёзно поговорить о нашем будущем.

Я покачала головой:

— У нас нет будущего, Гриша.

— Лина…

— Хватит меня так называть, — не выдержала я. Посмотрела на него и призналась: — Мне не нравится это сокращение, терпела его, чтобы тебе понравиться. Теперь это не важно. Моё имя Ангелина.

— Ангелина, — согласился Григорий и продолжил, будто и не слышал остального: — Папа говорил с твоим врачом. Тебе намного лучше, и я прошу назначить новый день нашей свадьбы.

Я застыла, не веря услышанному.

— Нашей… — Сердце бухнулось в ребра. — Что?!

Вот и провалился мой план. Носовы готовы взять меня беременную? Гриша подхватил поводья моей лошади и притянул так, что животные сблизились ещё сильнее.

— Давай начистоту, — напряжённо прошептал Гриша. — Отцу нужен этот брак. И моему, и твоему. Сначала я был против… — Он усмехнулся: — Ты извини, ничего личного, но ты такая… не секси. Никакой изюминки. Да и привык я жить, как хочу.