Я его заберу! Точно! — вскинул голову и оскалился, но неприятная догадка полоснула по груди. — Блять, в нем будет кровь ублюдка Кирсы… Крысы! Убей лучше меня, Серый.

— Кого угодно, дружище, только не тебя, — горько ответил он. — С удовольствием размозжу голову Кирсанова, даже скрепя сердце придушу его дочь, но ты для меня неприкосновенен. — Он хитро усмехнулся. — Стоит представить, что мне за это будет от Насти, так лучше заранее выброситься из окна!

Сестра Волка, Настенька, хоть и передвигалась на кресле-каталке, но могла отметелить даже брата-боксера. Разумеется, Серёга терпел ее злость, ведь Настя не могла говорить, и эмоции изливала лишь действиями.

— Приведи мне ее, — меня осенило. — Приведи Ангелину. Я ее украду, спрячу, а потом, как ребенок родится, выброшу на улицу.

— Кирсанов на стену будет лезть из-за кровинушки, — жёстко рассмеялся Серёга. И сжал кулаки: — Сегодня же она будет у тебя.

В кабинет влетел Славка. Взъерошенный, красный.

— Лютый! — запищал он, прижимая телефон к уху. — Они что-то планируют. Подсадной у Носова сообщил, что намечается большой трах с дочуркой Кирсанова. Они хотят сорвать беременность и уже выехали на дело…

Глава 6. Ангел

Покачиваясь в седле, я смотрела на небо. Лошадь неторопливо брела по дороге, а я её не подгоняла. Мне давно уже некуда спешить. Два месяца как жизнь моя оборвалась. То, что было после моей «свадьбы» трудно назвать этим позитивным словом.

— Хорошая погода.

Я кивнула. В который уже раз? Это важно? Разговаривать не хотелось, я бы с большим удовольствием молчала и ехала вперёд, но этой приятной прогулкой я была обязана Григорию.

— Спасибо, — вздохнула я и, выдавив улыбку, посмотрела на бывшего жениха, — за то, что уговорил папу отпустить меня. Из дома я выхожу только в больницу. Он и раньше меня особо никуда не выпускал, а… после…

Я вздохнула, потому что слова кончились. Гриша догнал меня и, натянув поводья, заставил своего жеребца шагать рядом.

— Всегда в твоём распоряжении, Лина, — весело ответил он и, сверкнув голубизной глаз, добавил: — Если бы ты хоть намекнула, что хотела прогуляться со мной, я бы приехал раньше.

Я отвернулась. Нет, раньше не нужно было. Я только перестала вздрагивать каждую минуту. Психолог, которая посещала меня каждый день, утверждает, что я иду на поправку. Мне бы её уверенность.

Каждую ночь я видела во сне страшное лицо со шрамом и просыпалась в холодном поту. Казалось, с того жуткого дня живу с тем подонком. Не проходит минуты, чтобы я не подумала о нём. Я проклинала его, желала самой страшной смерти.

Мало того, что этот отморозок сломал мою жизнь, он ещё и…

Я невольно прижала ладонь к животу и тихо всхлипнула.

Гриша покосился на меня и тихо спросил:

— Ты в порядке?

— Нет, — честно ответила я.