Чувствую себя кукушкой, передавая дочку из рук в чужие, пусть и заботливые, руки. Спускаюсь к гаражу, оставив свое сердце играть в не нашей квартире. Делаю несколько глубоких вдохов и понимаю, что за руль сесть все же не решусь, поэтому заказываю такси.

Нетерпеливо тру ручки пакета в ожидании автомобиля. Кручу в голове речь.

Даже две речи. Сначала о брюках. Потом — о дочери.

Указанный Салмановым адрес — это точка в областном центре, а не нашем жалком пригороде. Это даже не удивляет. Я слабо себе представляю Айдара в привычных нам с Сафие декорациях.

Такси мчит по трассе на бешеной скорости. Вроде бы хорошо (не опоздаю к «назначенному» времени), а с другой стороны страшно доверять свою жизнь постороннему человеку. Сначала я думаю, что так можно и не доехать, потом ловлю себя на мысли: а может лучше действительно не доехать?

Бью себя по рукам.

Глупая, Айка. Глупая! Кроме тебя у Сафи никого нет. Нельзя о таком! Нельзя Аллаха злить!

Я выхожу под дорогой, изысканной даже гостиницей. Наверное, единственной пятизвездочной в нашем милом сердцу захолустье. Сказать, что я удивлена? Нет. Салманов всегда любил комфорт и эстетику.

Я одновременно чувствую укол унижения, ведь мчаться по первому зову к давно чужому мужчине в гостиницу — ужасно. И облегчение, потому что раз он живет в гостинице — может в любой момент сорваться и уехать.

Хочу, чтобы уехал.

«Номер или ресторан?»

Мое сообщение почти моментально читается. В ответ летит: «123, 12 этаж».

Жаль.

Проходя мимо девушек на лобби, справляюсь с неловкостью. Вспоминаю, как когда-то снимала номер и ездила ночевать в гостиницу, чтобы он ревновал меня так же, как я ревновала его.

В этом месте я однажды была. Красила невесту в специально снятом для роскошных предсвадебных фото Президентском. Конечно же, не запоминала, какой он по счету, но вполне допускаю, что теперь там временно живет Салманов.

Богатый. Властный. Страшный.

Я до острой боли в сердце хочу, чтобы он был нашим с Сафи. Но не верю в такую возможность.

Иду до лифтов, расправив плечи, а уже возле почему-то выдыхаю.

Подъем и путь по длинному коридору посвящаю финальной репетиции речи, а еще коротеньким импровизированным обращением к Аллаху. В его глазах я всего лишь мелкая грешница, но мне нужно чувствовать за плечами хотя бы какую-то поддержку.

Стучу в дверь. Слышу щелчок. Жар бежит под кожей. Сухость сковывает горло. Сильнее сжимаю переплетенные картонные канатики.

Айдар открывает дверь и смотрит пристально. Я жду приветствия несколько секунд. Потом понимаю — не будет.

Сглатываю.

— Вот брюки. — Делаю первую попытку отдать, протягивая через порог, которую бывший муж игнорирует.

Отступает, шире открывает дверь. Кивает вглубь номера.

Послушно делаю шаг в пропасть.

— Можешь не разуваться.