Ловлю себя на этом и понимаю, что даже покрывшей тот период наших отношений грязи уже не помню. Только то, что было под ней. Жажду друг друга.

Кроет зверским страхом. Аллах, только бы у него ко мне не прошло. Я понимаю, что за неделю порознь не должно бы, но мой страх не рациональный.

Слышу звонок в дверь. Веду вспотевшими ладонями по ткани домашних палаццо-брюк и иду открывать."

"У него есть ключи. Он мог бы сам. Но безупречно исполняет свое наказание.

Вижу его на экране домофона — в груди становится больно до невозможности глубоко дышать. Поэтому — поверхностно.

Открываю замки и толкаю дверь.

Цепляюсь взглядом за бывшего мужа и изучаю внимательно-внимательно.

Он уставший и скорее всего раздраженный. Выварила я его снова.

Прости, Аллах. Прости меня…

— Привет, ничего правда не случилось.

Я здороваюсь и отступаю. Айдар силой заставляет свои губы дернуться вверх. Но пародия на улыбку длится долю секунды.

Заходит, отворачивается к вешалке, снимает пальто, смотря перед собой.

Я осознаю, что даже просто на меня ему уже сложно.

— Ты только с дороги?

Кивает.

— Устал?

— Чуть-чуть.

Это значит, что смертельно.

— Хочешь, я чай тебе сделаю или кофе?

Получаю вроде бы долгожданный, но слишком красноречивый взгляд. Не вывожу. Мне кажется, он хочет, чтобы я перестала его мучить. Только не верит, что я могу перестать гуманно.

— За чай буду благодарен.

Киваю, разворачиваюсь, иду на кухню. Айдар — за мной.

Не знаю, обращает ли внимание на то, как выглядит его квартира, но я все это время старалась содержать ее в безупречной чистоте. Исключение — порисованная Сафие стена в детской. Даже не знаю, что за приступ у нее случился тогда. Я чуть не получила сердечный приступ, увидев цветы на декоративной штукатурке. Попытки отмыть фломастеры ничем не закончились. Но, подозреваю, начни я каяться за этот грех, Айдар меня просто нахер пошлет.

Язык не поворачивается предложить ему присесть на своей же кухне. Я занимаюсь чаем, а он садится сам.

Не чувствую пристального слежения. Впрочем, как и шуршания пакета с подарком, который специально стоит по центру стола.

Осторожно оглянувшись, вижу, что Айдар уперся локтями в камень столешницы, сжимает пальцами переносицу. Глаза закрыты. Немного хмурится.

— Ты потом домой? — Спрашиваю, привлекая внимание. Мы встречаемся глазами. По рассредоточенному взгляду кажется, он мой вопрос даже слышит не сразу. Настолько все похрен.

Хмурится сильнее. Трясет головой.

— Нет. Дел дохуя. — Я от неожиданности чуть теряюсь. Потом становится стыдно из-за его: — Извини. Много.

— Все хорошо. Если бы я знала, что ты прямо с дороги…

— Ты заинтриговала.

Звучит ни черта не кокетливо. Заинтриговала — это когда ждешь чего-то хорошего, а он от меня давно хорошего не ждет.