Долго отрицал очевидное. А по тебе же видно было, что нет. Ты в этом не виновата. Спасибо, что попробовала.

Очень хочется позволить выступить слезам. Они душат. Но я держусь. Наказывать его собственной беспомощностью не хочу.

Вместо внятного ответа — судорожно киваю. Мой взгляд остается внизу.

— Я взял тебя в жены трогательной девушкой. Вообще не думал, какой ты станешь, а ты выросла в невероятную женщину. Терпеливую, мудрую, гордую. Сильную. Выше меня на голову. И дочку мне такую же вырастила.

Его похвалы всегда трогают особенно сильно. Только его, пожалуй, и трогают. Сердце отзывается тугой болью. Глаза все же становятся влажными.

— Спасибо тебе за это. Правда в том, что я нуждаюсь в тебе сильнее, чем во мне нуждаешься ты.

Изнутри разрывает, но я выталкиваю из себя только:

— Ты хороший…

Вызываю новую улыбку. Кожу щекочет длинный выдох. Айдар несдержанно тянет меня на себя. Только не в губы впечатывается, а в лоб. Я чувствую его предельно близко. Жмурюсь. По щеке все же скатывается слеза.

— Прости меня, Айлин. И будь счастлива. Я тебя отпускаю.

Глава 44

Айлин

— Папа сказал, что у меня будет больша-а-а-ая машинка! — Сафие показывает руками, насколько большая. Я отвлекаюсь от готовки и смотрю на дочку с улыбкой.

— Когда будет? — Спрашиваю, сузив глаза. Она задумывается и считает.

— В восемь двадцать.

— Восемнадцать? — Уточняю. Дочка кивает. — Это через сколько лет?

Снова заставляю думать. Она хмурится. Смотрит на пальцы и перебирает ими. Я вспоминаю, как делала так же, сидя на гостиничной кровати в Риме.

Крутит ручками. Подходит к вычислению ответственно. А у меня снова разнылось сердце."

"— Вот через столько! — Приняв решение, Сафие вытягивает ручку с тремя оттопыренными пальцами. Улыбаюсь.

— Чуть больше, кызым.

— Столько? — Добавляет один. Торгуется. Разочаровывать не хочу, поэтому киваю. — А пока я буду папину водить!

Снова улыбаюсь, а потом переключаюсь на нарезку.

Меня подмывает задать ей миллион и один вопрос о времени с отцом, но совесть и принятое решение не позволяют сделать этого. С подстрекательством держусь, но детское щебетание слушаю жадно-жадно…

Айдар привез Сафие сегодня раньше обычного. Это я попросила. У нас с дочкой гости. Хочу, чтобы встреча прошла с ней.

Мы уже полтора месяца живем порознь. Айдар съехал в тот же день, как и обещал. Я готова была поддаться эмоциям и все отменить, но сдержалась. Бессмысленно.

Вдвоем у нас не получилось. Втроем не получилось. Значит, будем порознь, но родителями.

Это уже не чужое, навязанное мне, решение, а личное. Обоюдное. Доставляющее боль, но правильное.

Я наконец-то дышу полной грудью. Только мои вдохи какие-то пустые. Возможно, так кажется потому, что слишком легкие. Но закапываться в размышления, заслуживаю ли я этой легкости, себе же не даю.