Положив Тима на диван и зафиксировав его подушкой от падения, Ася медленно, словно вытаскивала нижнюю карту под карточным домиком, развязала бант, заглянула внутрь пакета. Моргнула, подняла взгляд в поисках объяснения.

— Открой, не бойся, — подтолкнул Тимур.

— Который из них? — растерянно, на грани испуга, спросила она.

— Любой, маленькая, потому что они все твои. Надеюсь, хотя бы какой-то придется по душе.

Она несмело запустила руку внутрь, доставая коробочку в розовой упаковке, перевязанную белыми лентами. Тимур вспомнил, что просил каждую упаковать иначе, чем предыдущие. Если бы знал, что наградой будет такой сногсшибательный удивленный взгляд — скупил бы весь чертов магазин.

Глава двенадцатая: Ася

В коробочке, под оберточной бумагой оказались… духи. «Коко Мадмуазель».

Пряный, чуть с горчинкой запах разнесся по комнате после первого же пшика на волосы.

— Я знаю, что иногда дети не очень любят духи, — извинился Тимур, потирая шею."

"— Не замечала за ним такого, — негромко ответила Ася, сжимая в ладони заветную бутылочку, словно та стоила целого мира.

Он привез ей духи. Он был в городе самых красивых женщин, и все же нашел время найти подарок для незваной гостьи. А ведь в пакете было еще много примерно таких же по размеру коробочек. Возможно, он ходил по магазинам, лично выбирал что-то для нее, а не как Игорь, доверял покупку подарков своей сестре.

Ася тряхнула головой, пытаясь одновременно и вытолкать эти мысли, и насладиться, хотя бы немного, своей личной сказкой.

Внутри следующего подарка оказался тонкий серебряный браслет известного бренда, который, в преддверии новогодних праздников, рекламировали чуть ли не на каждом шагу. Кажется, Марина хвасталась таким пару месяцев назад, говорила, что ее новый парень жутко щедрый и исполняет все ее прихоти.

— Я не могу это взять. — Ася положила украшение обратно в коробочку.

— Можешь и возьмешь, — твердо сказал Тимур. — И этот, и следующие. Потому что тебе, маленькая, нужно категорически срочно учиться нормально реагировать на то, что мужчина получает удовольствие, балуя женщину.

«Но разве я твоя женщина?» — вертелся на языке невысказанный вопрос.

Озвучивать его сейчас казалось просто грубостью. В конце концов, она не имеет никакого морального права поднимать вопросы отношений. Ни сейчас, ни потом.

Они просто… мужчина и женщина под одной крышей.

— Давай, Морковка, не лишай меня радости смотреть, как ты превратишься в красную редиску, — во весь рот улыбнулся Тимур.

— Там что — съедобные трусики? — брякнула она первое, что пришло в тяжелую от смущения голову.

Сказочник выразительно выгнул бровь, превращаясь в один огромный знак вопроса.

— Я просто пошутила! — замахала руками Ася, чувствуя, что от стыда горят даже пальцы на ногах.