Мы с тобой женаты, если ты не забыла. Никто не считал тебя нищебродкой. Я не считал, иначе бы не женился на тебе. А бредни матери я слушать не собираюсь.

– Зато я наслушалась вдоволь. Больше не хочу. Не хочу иметь ничего общего с вашей семьей. Женись на своей Кристине и будьте счастливы!

– А я и женюсь.

Он сказал это так запросто, словно сообщал о погоде.

Так это правда? Правда…

А на что ты надеялась, Ульяна? На что еще можно надеяться в этой ситуации?

– Вот только пройдет нужное время, разведусь с тобой и женюсь на Михайловской. Но не надейся, что после развода ты сможешь спокойно дышать. Я тебя оставлю без копейки. И работу не сможешь найти. Будешь на улице побираться. Ты никогда не расплатишься за свою измену! А сейчас, когда ты вернешься из роддома домой, я тебе обещаю, твоя жизнь превратится в ад!

Когда-то в глазах мужа была любовь, теперь же они отражали только презрение и гнев. Титов говорил твердо и бескомпромиссно, и я не сомневалась, что он выполнит все свои угрозы. Умолять его было бесполезно, он видит лишь ту правду, которую хочет видеть. И пусть его обманули и всё это подстроили, с него это не снимает вины. Как и не отменяет измены…

– Значит, тебе можно, а мне нельзя?

Он дернулся, словно я со всего размаху дала ему хлесткую пощечину. Наверняка он думал, что я начну выгораживать себя, оправдываться, убеждать его, что я не изменяла, но я этого делать не стала. Решила сохранить хоть каплю гордости. Возможно, тем самым подтверждая свою виновность в глазах мужа.

– Нет, тебе нельзя, – скрипнул он зубами, яростно дыша через ноздри. – Я мужчина, и у меня есть свои потребности.

– Ты сам себя слышишь? Мне кажется, я совсем тебя не знала, Илья.

– Взаимно, – рыкнул он, – та Ульяна, которую я любил, никогда бы не раздвинула ноги перед…

– Хватит, Илья!

Слушать его было невыносимо, терпеть унижение, его гадкие оскорбления. Я всё еще была слаба и стояла покачиваясь, в надежде, что весь этот ужас прекратится.

– Ты мне будешь говорить, когда хватит, а когда нет? – ощерился он, со злостью глядя мне в глаза. – Ты больше ничего не решаешь. Ты обнулила наш брак своей изменой. Теперь это просто временный договор, по которому ты будешь ширмой для общественности. Скандалы нам сейчас ни к чему. Если захочешь взбрыкнуть, своего ублюдка не увидишь, а отец твой пойдет на нары. Это ясно?

– Ты запрешь меня дома и заставишь смотреть, как ты и она…

– Считай, что делаю тебе поблажку. Мне придется видеть плод твоей измены и терпеть финансовые потери из-за твоего любовника. Дом большой, нам всем хватит места.

– Ты поселишь Кристину с нами? – выговорила я, чувствуя внутри один лишь холодящий душу ужас.

Илья пожал плечами, словно не видел ничего странного в этой ситуации.