Старалась не обращать внимания на то, как он цеплялся пальчиками за мою грудь, и отошла, больше на него не глядя. Дура ты, Ульяна. Полная дура.

– Я не такая живодерка, как ты себе вообразил, Илья. Лучше бы за Кристиной, его матерью, следил. Какая из нее мать? Бросила голодного ребенка и убежала на несколько часов не пойми куда. Вот уж о ком тебе стоит переживать, что она угробит твоего сына.

Я сделала акцент на последнем предложении, но старалась не смотреть ему в глаза. Взгляд держала строго на его переносице.

– Тебя это волновать не должно, Ульяна. Следи за собой и не лезь, куда тебя не просят, ясно? Что ты вообще забыла в этой палате? У тебя своя есть.

– Туда поселили жену депутата, Илья. И не нужно притворяться, что это не вы с Кристиной подстроили, чтобы заставить меня кормить вашего сына.

– Что за бред, Ульяна! – рыкнул Илья и сжал ладони в кулаки. – Хватит уже наговаривать на Кристину и нести чепуху! Я не думал, что ты такая.

– Такая? – прищурилась я и выплюнула с горечью. – Какая такая? Договаривай, Илья!

– Продажная, – наконец, признался он и набычился. Глаза его налились кровью, а сам он сделал шаг вперед, буквально нависая надо мной и давя своей тяжелой энергетикой. – Такая же, как твой отец и твой любовник. И не нужно делать такие удивленные глаза невинной овечки. Твой Игорь Соколов украл у нашей семьи три фуры с дорогими деталями этой ночью.

Я замерла, услышав это имя. Игоря я знала с самого детства, он был сыном папиного лучшего армейского друга. Я слышала, конечно, что папа вроде пытался пристроить Игоря куда-то на работу, но никогда не интересовалась, куда и кем. А сейчас…

– Игорь украл ф-фуры? – заикаясь, переспросила я. Весь ужас ситуации был в том, что если за него ручался папа, то Артур Титов, мой свекор, никогда его не простит. И слова Кристины про моих родителей начали обретать особый смысл.

– Так это имя знакомо тебе? Даже отрицать не станешь? Что, бросил тебя женишок? Скажи мне, Ульян, ты хотела с ним сбежать или всю жизнь собиралась выдавать своего нагулыша за моего сына? – хмыкнул Илья, и в его голосе звучало обвинение, будто это я самолично дала Игорю наводку, и тот украл эти злосчастные фуры.

– О чем ты, Илья? – выдохнула я, чувствуя, как ярость и обида распространяются по венам с такой скоростью, что я не успеваю осознать ни одну из этих эмоций. – Что ты несешь?! Я с Игорем последний раз виделась больше года назад!

– Зря ты врешь, Ульяна, – покачал головой Титов и достал из кармана розовый смартфон. Явно не его. – Если бы ты сейчас во всем призналась, я бы смог убедить отца не пускать твоего папашу по этапу, в тюрьме ему несладко придется, но раз ты упорствуешь, то пощады не жди.

– Илья!

– Интересная переписка, однако, ознакомься.