Разве могла она когда-то себе представить, что ее, простую девчонку с незаурядным талантом к магии, возьмут в академию магии, да еще и на довольствие поставят?

— Сейчас, конечно, уже заканчивается первый триместр, но, думаю, нагнать ты успеешь, — продолжил старик, — если, конечно, примешь предложение.

— Особого выбора у нее нет, — пробурчал Дубраш в свою очередь, смиряя девицу недовольным взглядом, — или академия, или сила будет изъята.

Веселость на лице девушки сменилась обреченным пониманием. Но не от осознания, что ее могут лишить дара… Она поняла, что учеба в академии равна ее расставанию с Лесьяром. Тот, словно ее мысли услыхав, улыбнулся с одобрением, кивнул, подбадривая, мол, справимся.

С того дня прошло уже два месяца…

— Веська, ты идешь? Так на пару опоздаем! — ее соседка по комнате, шумная Костяника, девчонка яркая и беззлобная, на ходу косу доплетала.

— Бегу! — Весенья вышла из-за ширмы, где переодевалась. Форма местная ей очень по душе была — синяя юбочка длинная, вся в складку, белая блузка с отворотом, да житет парчовый поверх. Непривычно, на иностранный манер, но удобно.

Они выскочили из комнаты, дверь позади захлопнули да поспешили к аудитории. Сегодня должна состояться вводная лекция по новому предмету — плетение защитных чар. Веша его очень ждала. Уже даже представляла, как в каникулы станет Лесьяру показывать, чему научиться успела…

Вздохнула на ходу. По магику скучала со страшной силой. Они обменивались вестниками регулярно, но того было слишком мало, после того, как она привыкла почти каждый день бок о бок с ним проводить. И особливо после того, как они в чувствах друг другу признались…

— Веся! Скорее, а то все нормальные места займут! — простонала Костяника, — новый учитель, говорят, страх, как хорош. Вот бы не брешили!

Веська фыркнула, но уселась на первом ряду, рядышком с подружкой.

Прозвенел звонок. В кабинете тишина повисла, когда закрылась дверь, да раздались тяжелые шаги. Пронесся вздох девичий унисоном, а Веська обмерла. Как вещи из сумки доставала, так и застыла, не в силах глаза поднять от парты учебной, сама еще не понимая отчего ее так скрутило.

— Доброе утро, студенты, — звучно произнес такой родной голос.

Но ведь того быть не могло! Лесьяру еще несколько лет должно в башне пребывать, они ведь то обсуждали…

Но когда все же сумела поднять взгляд, растворился мир кругом. Утонула она в желтизне его света.

А он глянул на нее этак с хитринкой, голову к плечу склоняя, да растягивая губы в улыбке, обнажая ряды треугольных острых зубов.

Прочие охнули, испугавшись, тотчас из дум девичьих мысли о женихах такого типажа повылетали. Только Весенья продолжала сидеть с улыбкой блаженной на лице.

Теперь вот все на своих местах оказалось.