Седьмая пуля тоже сбилась с курса, с жалобным стоном улетела вправо и исчезла.

Синон двигала пальцем, но боёк стучал впустую.

В магазине «Гекаты» семь патронов. Запасных магазинов у Синон не было.

Но магазин «Барретта» вмещает десять патронов. Враг мог сделать ещё два выстрела.

Даже находясь в ста с лишним метрах, Синон отчётливо разглядела на лице Сатилайзера ледяную улыбку.

Чёрная винтовка извергла пламя.

Правая нога разорвалась в клочья вслед за левой.

Синон больше не могла лететь даже по прямой и начала плавно падать.

Поборов отдачу, Сатилайзер вновь заглянул в прицел, собираясь выпустить последнюю пулю. Синон увидела в голубой линзе огромный глаз, взгляд которого будто пронзал её сердце насквозь.

«Простите меня… Прости, Асуна. Прости, Юи. Прости… Кирито», — мысленно прошептала Синон.

Через миг винтовка выплюнула десятую пулю.

Огненная спираль пролетела точно по линии взгляда Сатилайзера, разбила голубой доспех Синон, прожгла её одежду…

Но возле кожи вновь вспыхнула искра.

Синон распахнула полузакрытые глаза и увидела, что длинную, бешено вращающуюся пулю остановил крошечный серебристый диск, В пластинке не было и двух миллиметров толщины, но она сверкала силой воли. Едва Синон разглядела этот блеск в вихре белоснежных искр, как из её глаз брызнули слёзы.

«Я не сдамся. Я ни за что не сдамся. Я буду верить. В себя. В “Гекату”. В того парня, с которым меня связывает эта медаль».

Ещё одна ослепительная вспышка и серебристый диск испарился вместе с пулей.

Синон уверенно направила «Гекату» на противника и положила палец на спусковой крючок. Конечно, её оружие изменило форму под влиянием воображения, но оно должно было сохранить системные свойства, включая способность «Изничтожающего луча» к автоматическому вытягиванию ресурсов пространства, их накоплению и превращению в огневую мощь.

И раз так, «Геката» выстрелит. Пускай в её магазине не осталось патронов, она должна отозваться.

— Да… ва-а-а-ай! — воскликнула Синон, нажимая крючок.

Винтовка выпустила не бронебойную металлическую пулю. Из дульного среза по идеальной прямой выстрелил белоснежный луч сжатой энергии, овеянный радужным сиянием.

Улыбка сошла с лица Сатилайзера. Он дёрнулся вправо, уворачиваясь, но белый луч попал в его винтовку. Раздувшийся шар оранжевого пламени поглотил Сатилайзера…

Когда волна жара обдала кожу Синон, девушка уже мешком падала вниз и всего через несколько секунд врезалась в каменистую землю. Она уже не могла ни летать, ни даже ползти. Раны от потерянных ног болели так чудовищно, что она едва оставалась в сознании. Тем не менее Синон заставила себя открыть глаза, чтобы посмотреть на плоды своих героических усилий.

Ветер постепенно рассеивал чёрный дым, повисший высоко в небе.