Однако мне было плевать и на какой-то совет, и на Императора, который оказался моим отцом. У меня в голове не могло уместиться осознание того, что я, по сути, являюсь незаконнорожденной принцессой, бастардом Юстаса Ниара Карийского. И у меня есть брат, наследный принц Ауран Августин Карийский, а так же сестра, принцесса Ридальда Лаура Карийская. Мне было не выносимо вспоминать о том, что моей мамы больше нет. И в душе поднималась волна жгучего гнева и ненависти ко всем вокруг. Кто был этот мерзкий Фрай, из-за поведения которого мама покончила с собой, я не знала, но решила, во что бы то ни стало, ему отомстить.

Мать Иолин пыталась меня разговорить, но я забилась в угол своей кровати и ни на что не реагировала. Женщина тяжело вздохнула и позвала одну из послушниц монастыря. Представив мне девушку, как Хлою, пояснила, что теперь она будет за мной ухаживать, и по всем вопросам я могу к ней обращаться. Проигнорировав и мою надзирательницу, я уставилась в стену. Настоятельница вместе с девушкой покинули мою келью и заперли дверь снаружи на ключ. Я только горько усмехнулась. К чему меня запирать? Все равно выбраться из горного монастыря, куда можно попасть только порталом, невозможно. Теперь до двадцати трех лет это моя персональная тюрьма, а что будет дальше неизвестно.

Первое время моего пребывания в стенах святой обители я отказывалась от еды, от разговоров, от всего, что мне предлагали. На меня навалилась страшная апатия, хотелось просто лечь и умереть, чтобы больше не думать ни о матери, ни об отце, ни об отвратительном блондине из моих кошмаров, которые каждый раз приходили ко мне, стоило только заснуть. Я таяла на глазах, маленькое зеркало в ванной отражало не цветущую девушку с пышными формами и сияющими зелеными глазами, а бледную немочь с осунувшимся лицом и потухшим взглядом. Но мне было все равно.

Кроме кошмаров в этот период моей жизни я никак не могла справиться с рвавшейся наружу магической энергией. Она просто отказывалась мне подчиняться. С наступлением темноты мою комнату заполняли ужасающие монстры, которые были продуктом моего измученного разума и бурлящей магии. Я ничего не могла с этим поделать. Дар проявлял себя именно в такой форме. Мне было до ужаса страшно, поскольку трави хоть и были иллюзорными, но вид имели самый жуткий.

В одну из таких ночей дрожа от липкого всепоглощающего страха, я не выдержала, сорвала с шеи цепочку с золотым кулоном-оберегом, подаренным мамой на мой последний день рождения, и стала умолять Богиню защитить меня от всего этого. Усилием воли я по наитию устремила рвавшийся наружу магический поток к кулону и не прекращала его наполнять, пока силы не покинули меня, и я не потеряла сознание. В ту ночь я впервые не просыпалась с криками до самого утра.