Но выбрал тебя, Ноя и прочих из вас, чтобы дали начало новому миру! Тебе еще столько предстоит сделать. А ты тратишь жизнь на злобу и ненависть ко Мне…

– Незримый, – прошептал Яфет с ненавистью. – Бог, которому кланялся отец… Да будь ты трижды проклят… За то, что отнял Златокору! За Потоп! За то, что несправедлив ко всем людям! За то, что в мире правит жадность, зло, эгоизм! Будь проклят за такой несправедливый мир!

В голове вновь зазвучал голос:

– Златокору…ради твоего же блага… В тебе – огромная сила, Яфет…Ты должен расти, набивать шишки, ибо только теряя, приобретаешь. А несовершенный и несправедливый мир… я создал для вас, людей…

– Я сделаю его лучше! – прохрипел Яфет. – Ты – Зло. Со всеми твоими замыслами…Я докажу! В нас самих есть сила! Люди тебя позабудут! Ты – нам не нужен!

– Этот мир – мой дар вам…. – раздался голос Незримого, похожий на громкий шелест листвы. – И вы, люди, его улучшите. Дети…должны пойти дальше Отца. Мое благословение с вами…

– К черту благословение! Я сам все смогу!

– Самоуверенность только на пользу, Яфет… Твое имя запомнят потомки. Но не жди счастья или покоя. Кому много дают, с того и спрашивают…А тебе я дал много. Очень много!

Яфет дернулся и закричал от охватившей его страшной боли. Вздрогнув и резко открыв глаза, он обнаружил, что лежит на траве. Вокруг сереет разбросанный ветром пепел костра. Следы пребывания нежити, нечистоты, куски тел и перья исчезли, словно их и не было вовсе. В животе разлилось приятное пульсирующее тепло.

Яфет чувствовал в мышцах неимоверную силу, хотелось свернуть синеющие на горизонте горы, вырвать с корнем деревья. Казалось, он в одиночку смог бы прямо сейчас выстроить терем на этой поляне.

Он отогнал глупые мысли – такую силу надо к более достойной цели.

Поднявшись, Яфет сунул Меч в ножны и двинулся назад в Деревню.

– Да вы что творите?! – в ярости кричал Громострел.

Рядом рычит и силится вырваться Соколиный Клюв – обоих со связанными руками выволокли из землянки и повели к капищу, снабжая толчками в спину.

Рядом шагает могучий Боромир. Громострела и Соколиного Клюва ведет с десяток охотников. Издалека, там, где за поляной высится капище с идолами, стоит толпа –долетает гомон, слышится смех, задорные крики.

– Руки прочь, мерзота! – орал Громострел. У него под глазом темнеет кровоподтек, на челюсти красная отметина – куда прилетела зуботычина пудовым кулаком.

– Задобрим богов, – пояснил Боромир. – Вашего тцара они не приняли. Придется зарезать вас.

– Надо дождаться Яфета! – твердо сказал Соколиный Клюв, глядя на невров из-под кустистых бровей. – Он вернется и принесет Цветок, уговор был такой!

– Да не вернется, – отрезал Боромир. – К тому же, он убил Осколота и его людей, что шли передать ему послание Ильмены.