Док скорой мельком осмотрела меня, чем-то помазала, забинтовала, выписала обезболивающих и сказала: «Хватит симулировать, вали работать». Добрейшей души женщина. Но она была права, нас ждал отчет по делу Бобби. Который Айс полностью взяла на себя, мотивировав, что рука ранена правая, писать не удобно, в итоге она заполняла бумажки, а я внес минимум в базу на компе.

— Эхей, Айс, ты внесла в жизнь Грегориана краски, — влетел улыбающийся во все зубы Бартон. — То лицо разрисовано, то теперь рука.

— Не бойся, Айзек, подправить макияж тебе я и левой смогу, — огрызнулся я, не понимая, почему меня так задевают его слова.

— Извини, Бергман, я любя.

— Хватит ссориться, мальчики, — вклинилась Сэл. — Бартон, вам на Коламбус Авеню, адрес я отправила Палмеру, а вам Грег на девяносто третью, сейчас скину адрес.

— Спасибо, Сэл, — отозвалась за нас обоих Айседора и, сложив бумаги в папку, встала. — Пойдем напарник, трупы не ждут.

Через минут двадцать мы уже были в подвале дома для «состоятельных нью-йоркцев».

— Что тут у нас? — спросил я у крутящегося вокруг тела Терри. — Вилма начала отпускать тебя в «поле».

— А? Да. Она с ребятами на Коламбе. Нехватка кадров.

— Мало кто любит копаться в телах, — рассудила философски Айс. А я подумал, что я бы в её теле покопался, вернее не покопался, а… — Чем порадуешь? — её вопрос вытащил меня из размышлений о позах и возможностях.

— Девушку задушили, а потом засунули в машину, из-за запущенного режима и порошка с отбеливателем практически ничего сказать не могу. По крайней мере, сейчас. Даже время смерти. Простите, ребят, ни чем не порадую.

— Хотя бы кто она мы знаем? — меня раздражало полное неведение.

— Да, детектив Бергман. Файона Бирн, двадцать два года, работала няней у пары, живущей на пятом этаже. Полтора часа назад мистер Холлс вернулся домой и отпустил её сегодня пораньше. Девушка вроде как собиралась на какую-то важную встречу.

— Спасибо, Уолес. Коллинз, поехали наверх? — напарница задумчиво вглядывалась в труп, и эта задумчивость меня настораживала, особенно то, как тщательно она изучила шею жертвы.

— Да, конечно, поехали.

— Что скажешь? — спросил я, стоило нам оказаться в лифте. Я надеялся на откровенность, пока нет лишних ушей.

— Её убил один из наших, — одновременно грустно и брезгливо произнесла она.

— В смысле копов? С чего такие выводы? — в шоке спросил я.

— Нет, копы тут не причем, — грустно покачав головой, Айс взглянула на меня. — Это проделки банды, Грег, нам его не поймать, это Даск. Сумрак. Мало кто знает лично, но мама рассказывала, что он убивает без свидетелей и без осечек.

— Как ты поняла, что это он? — Мне слабо верилось в ирландских призраков.

— Борозда, это цепь с панцирным плетением, широкая, а на шее отпечатался кельтский крест.