Бергман, езжай с ней, как убедишься, что все в порядке, вернешься в участок, напишешь отчет и пояснительную за стрельбу. Все понятно?

После меня бегло осмотрели врачи скорой, погрузили в машину и повезли в клинику. Грег сидел рядом и держал за руку, что, несомненно, повышало мою веру в реальность происходившего.

— Спасибо, — сказала я ему. — Я даже надеяться боялась, что спасусь.

— Я же сказал, что не отдам тебя никому, Ась. Ты мое все. Я люблю тебя, — последнее он прошептал еле слышно, — но фельдшер тактично отвернулась, дав ему возможность, коротко поцеловать меня.

— И я тебя люблю, — легко ответила я, и наконец, с облегчением закрыла глаза.

Я стоял рядом с Асей и держал её за руку во время оглашения приговора. Все эти дни между арестом Саливана и последним судом мне было страшно оставлять её даже на минуту.

Лейтенант раскрыл нас сразу. Но, к его чести, позволил решить самим, кто уйдет, когда и куда, если мы хотим быть вместе и дальше. А пока Айс находилась «на больничном».

Я же жалел, что не добил этого ублюдка, который стоит перед прокурором, хоть и откровенно наслаждался его выражением лица на протяжение всего заседания. А когда он оборачивался в нашу сторону, я с удовольствием продемонстрировал ему средний палец, пока никто не видел. Ася от такого мальчишеского жеста даже хрюкнула, подавившись смешком.

Десять лет психушки и перевод в соседний штат. Туда, где разрешена смертная казнь, странно, я вроде гуманный человек, но после пережитых моей женщиной страданий, готов сам его поджарить на стуле или ввести смертельный препарат. Он этого заслуживает, за все смерти, за все мучения своих жертв.

— Грег? — Я не заметил, как мы вышли из зала суда.

— Да, прости милая. Как ты?

— Как заново родилась, Грег, — улыбнулась она мне. А к нам подошли парни и Сэл. — Мальчики, дадите нам пять минут?

— Конечно, ведьма, — Айзек тут же получил подзатыльник. — Ждем вас у машин.

— Ты что-то хотела сказать? — иррациональный страх холодком пробежал по спине, уж слишком напряженное было у неё лицо.

— Я беременна, — кажется, у меня отвалилась нижняя челюсть. — И это точно от тебя.

— Я знаю, Ась, — больше я не смог произнести ни слова. Она поджала губы, будто чего-то ожидая. — Прости. Я дурак, — я обнял её и прошептал. — Я буду отцом! Подождите меня в баре, ладно? Мне нужен всего лишь час, — она расстроено кивнула и пошла к стоянке. А я догнал ее, поцеловал, схватил Сэл за руку и, запихнув мулатку в машину, нажал на газ.

— Бергман, ты охренел? — взревела Сельма.

Через час мы уже входили в любимый нашим отделом бар, и я увидел, как отчаянно пытались парни развеселить Асю. Она была расстроена моим поведением. В который раз подумав, какой я дурак, подошел и встал перед ней на колени.

— Айседора Коллинз, ты выйдешь за меня?