Милорд с Севера догадывается кто я такая? А если он видел меня в замке мужа? Почему я об этом не подумала, спасая его тем вечером?

Из омута пугающих мыслей выдернул булькающий звон внизу. Я встрепенулась:

И побежала в сторону лестницы. На кухне бесподобно пахло мясом с вареными овощами. Яростный звон издавала широкая крышка, подпрыгивающая на кипящей кастрюле. Схватив ее прихваткой, отложила на полку и помешала бульон ложкой, добавила специй и мелко нарубленную зелень, а в следующий момент дернулась от острого укола между лопаток.

В дверном проеме, застыв монолитным исполином, на меня взирал дракон. Его прищуренный взгляд излучал изумление.

— Ты умеешь готовить? — Спросил хрипло, будто я только что при нем сотворила сильнейшее заклинание всех времен и народов.

— Готовить, это громко сказано, — смутилась, дернув плечом. Уж слишком жадно и пытливо милорд меня разглядывал. — Я учусь. Под чутким руководством тети Севиль. Она на время уехала, и пока ведением домашнего хозяйства занимаюсь я. Вот яблочный пирог днём испекла.

Кивнув головой на тарелку с пышным пирогом, перевела взгляд к дракону и нахмурилась. Нэд пожирал меня широко раскрытыми глазищами, в каких сверкали восхищенные смешинки вперемежку с задумчивостью.

— Только он слегка подгорел, — буркнула в надежде отвлечь дракона. Бесполезно. Тогда рискнула испробовать последнюю попытку. — Вы верно голодны, Нэд?

— Очень, Иоланта, — спустя паузу откликнулся он.

По спине побежали мурашки, сердце заколотилось быстрее. Определенно, я слышала этот голос. Совсем недавно. И всё что сохранила о нем память — страх, волнение и неприятие. На силу совладав с внутренней дрожью, пообещав себе, что уже с утра выставлю незнакомца из дома, предложила ему присаживаться за стол.

— Прошу. Бульон готов. И… вам бы одеться. — Добавила глухо, заметно нервничая в присутствии полуголого мужчины.

Он был в одних брюках, босой. Рельефный торс перетягивали белоснежные бинты, какие, были не способны скрыть его великолепной мускулатуры, твердых грудных мышц и идеального пресса.

Я выбежала из кухни в поисках мужской рубахи. Таковые имелись в гостевых покоях. Остались в качестве наследия от неудачного брака Севиль. Обдувая горящие щеки ладонями, вбежала в сумрачную комнату, открыла первый подвернувшийся сундук, схватила сорочку из мягкого льна и вернулась на кухню.

Нэд, дожидаясь у стола, послушно набросил ее на плечи и неторопливо застегнул все пуговицы под горло.

Я благодарно кивнула, убрала кастрюлю с очага, разлила бульон по тарелкам, одну поставила перед расслабленно устроившимся на стуле драконом, положила рядом ложку и села напротив. Нэд, будто нарочно нервировал и доводил до сухоты в горле своим прищуренным взглядом.

— Ешьте, а то остынет. — Почти приказ.