Приехала издалека после тяжелого развода с супругом.

С плеч, будто камень свалился.

— Спасибо вам большое.

— Не за что, милая. Я одинока и только буду рада компании. Дом — маленький, но место найдем. Одна проблема, с деньгами — совсем туго. В теплые месяцы я выращиваю на огороде за домом фрукты и овощи и продаю на местном рынке. Благо, тепло здесь царит почти круглый год, а зимой…

— Даю слово, — осознавая, к чему клонит госпожа Севиль, поглубже вздохнула и тихо заверила: — как только поправлюсь, сразу подыщу в Туринне работу. Знания у меня есть, умения тоже. Надо только документы восстановить.

— С этим вопросом следует обратиться к префекту, — успокоили меня, передвигая на столике те самые ароматные старинные книги. Выдержали паузу и добавили: — Очень подозрительный человек. Не любит, когда в городе появляются незнакомцы. Одна к нему, Ио, не ходи. Сходим чуть позже вдвоём.

Рык срывается с губ, ранит сердце, причиняет внутреннему зверю страдание.

Генерал, едва сдерживая гнев, меряет просторную спальню широкими шагами. Огибает отполированную до блеска мебель с узорными вензелями и, не в состоянии сдержать ярость потери, вспарывает острыми драконьими когтями, возникшими за долю секунды, бархатную обвивку на спинке кресла.

— Где ты? — Рычит, встряхивая головой с желанием избавиться от острой боли.

В бликах закатных лучей — он похож на пугающего демона из Темных земель. Волосы в чувственном беспорядке растрепаны и лежат на широких плечах. По голому мускулистому торсу скользят золотистые отблески вечернего солнца.

Дракон раздражен. Охвачен яростью и пылает от холодного бессилия. Вставшие на дыбы хищные инстинкты ищут её. Единственную. Что сорвалась с внешней террасы в горную реку несколько мучительных суток назад.

Демиан рывком перемещается к окну.

Взгляд зорких глаз устремляется на родовые владения, ставшие чужими и ненужными с её потерей.

— Чувствую, ты жива. Но отследить местонахождение не удаётся. Зачем ты закрываешься от меня? Почему не подпускаешь к себе?

— Милый, — вторгаясь в мучения генерала-дракона, с порога спальни раздается тихий томный голосок. — Я ждала тебя к ужину. Думала, спустишься к накрытому столу.

Скрипнув зубами, генерал обернулся.

В комнату походкой от бедра вплыла Амайрин. Ее волосы были призывно распущены и подчеркивали изящные формы точеной фигурки, скрытой одним прозрачным халатиком. Откровенный вырез на груди оголял обнаженную грудь с розовыми вершинками. Она ласкала саму себя пальчиками, поглаживая вдоль правой ключицы. И при этом покусывала пухлые губки.

— Любимый, в чем дело?

— Что ты с ней сделала?

Генерал обежал любовницу холодным взглядом, в каком плескалось неприкрытое презрение. Так, как до этого смотрел на навязанную человеческую жену.