— Ты по-прежнему настаиваешь на том, что падение леди Иоланты — несчастный случай? Готов подтвердить это в присутствии Стражей? — В ледяном мужском тоне гремело нетерпение.

Воздух в вечерней спальне уплотнился. Над коврами текли реки пепельной мглы. Закатное солнце померкло.

Кейн покосился на бледную, неживую сестру на диване, что обхватила себя ладонями и мелко дрожала, шумно выдохнул и резко преклонил перед лордом Нейманом колено.

— Рин не при чем, господин, — произнес хрипло, не поднимая головы. — Это всё я. Я один столкнул вашу жену с крыши в бездонную пропасть в тот дождливый холодный день. Казните меня одного.

Это первое, что пронеслось в голове, когда я открыла глаза и уставилась в побеленный потолок, исчирканный трещинами.

Я видела мужа как наяву. Его призрачный образ, широкие плечи, пугающую мужскую красоту. И даже ощущала его темные эмоции, от которых теперь болит сердце, раскалываются виски, а всё тело ломит озноб.

«Глупости. Это последствия неравной борьбы с горной рекой», мысленно себя отругала и перевернулась на другой бок, смежив веки в надежде еще подремать. Но тонкие занавески были задернуты наполовину. Из сада летели птичьи трели, шелест деревьев, скрип калитки и главное — спальню заливали яркие солнечные лучи.

Из кухни доносился звон посуды. Чувствуя себя обязанной тете Севиль (именно так с некоторых пор я ее называю), выкарабкалась из-под одеяла, сунула ноги в домашние туфли и отправилась умываться.

Физическое здоровье более-менее восстановилось. Раны и ссадины постепенно затягивались. Чего нельзя было сказать о магии. Стресс и губительное пребывание среди тех темных скал необъяснимым образом усыпили мой Дар. Я легко ощущала с ним связь, чувствовала биение Искры в груди, но черпать эту силу и плести заклинания, увы, не могла.

Поплескав в лицо прохладной воды, вернулась в спальню, натянула платье из тонкой шерсти с боковой шнуровкой, заплела волосы в косу и спустилась на кухню. Севиль крутилась над столами и очагом и пекла свежие блинчики.

— Доброе утро, Ио, — приветствовали меня, не оглядываясь.

На хозяйке дома, как и все последние дни, красовалась льняная рубаха, юбка в пол и жилет. На голову она повязала косынку.

— Доброе, — потягиваясь, я торопливо приблизилась к столу, набрала в чайник воду и поставила на огонь.

— Как себя чувствуешь? — Ловко перевернув поджаренный блинчик на плоской сковороде, она подалась к полкам, чтобы достать чай и баночки с ароматными травами.

— Спасибо, мне лучше.

— Тогда, в Префектуру идем сегодня после обеда. А перед этим, пока еще не сильно печет — полью овощи на огороде. — Севиль протянула мне чай и травы, и вернулась к приготовлению блинчиков.

Моя новая тётя была дамой в годах.