Мне нужно пять минут, чтобы его отыскать и стереть все данные о пребывании Валентина в этом мире.

– Хорошо, я… я согласна, – кивнула Марина.

– Что ж, на том и порешим.

– Но что будет с тобой? – спросила Марина, глядя на своего любимого призрака.

– Думаю, что я могла бы на время взять его к себе в помощники, если он не против, – внесла предложение Жизнь.

– Почту за честь, – поклонился Валентин.

– Мяу-у-у, – подал голос Паганини, который от всех этих воскрешений жутко проголодался.

– Ну и какую судьбу она бы хотела? – спросила Шимпанзе, когда Смерть кинула ей дело Валентина на стол.

– Она сказала, что не хочет знать. Иначе будет неинтересно.

– Тогда зачем нужна была вся эта… «котовасия»? Она и так ничего не знала. Что изменилось?

– Понятия не имею, – искренне сказала Смерть. – Тут такое дело… Я бы хотела узнать, что случилось с моей собственной судьбой. Поможете мне отыскать папку? Ну или хотя бы найти моего менеджера?

– Конечно, пойдёмте в архив. – Шимпанзе взяла в руки чашку кофе, и они вместе со Смертью направились в хранилище судеб.

Личное дело Смерти могло находиться только в одном месте – в самом дальнем и пыльном углу, в ящике, из которого несло грибами и затхлостью.

– Так… Судя по всему, тут не очень-то много сохранилось, – сказала Шимпанзе, перебирая папки. – Вот что-то похожее, – вытащила она наконец одну и сдула с неё толстый слой пыли. – Написано, что вы из древнего индейского рода и были дочерью шамана, а дальше не прочесть.

– И почему меня это не удивляет?.. – Смерть сползла по стенке на пол и устало вздохнула.

– Тут все какими-то кошачьими лапами перепачкано.

– Ага, сами смотрите. Вот, всё размазано, зато хорошо видно, что животное прошлось.

Шимпанзе протянула Смерти её личное дело, где виднелись чёткие отпечатки кошачьих лап, а ещё Смерть заметила тонкий рыжий волос, пролежавший в папке многие века.

– Почему-то мне кажется, что я знаю, какая гадина всё испортила, – задумчиво произнесла Смерть.