Закрыв глаза и сжав рот, он с трудом дышал, но застывшая от изумления Марианна даже не подумала оказать ему помощь. У новоприбывшего под наброшенным черным плащом виднелась белая рубаха, облегающие синие панталоны и венгерские сапоги. У него были темные вьющиеся волосы… и лицо, которое молодая женщина с испугом узнала. Перед нею стоял ее обидчик с улицы Серутти…

Марианна не ошиблась, считая, что этот мужчина ранен. Объяснением следов крови на ее платье стало расплывшееся красное пятно на его рубашке у левого плеча, а незнакомец тем временем без сознания рухнул на устилавший пол ковер.

Оцепенев, она смотрела, как он падает, не зная, как ей быть, когда за дверью послышался голос Жонаса:

– Откройте, мадемуазель Марианна! Это Жонас! Дверь заклинило!

Оцепенение прошло. Мужчина действительно упал так, что мешал открыть дверь.

– Минутку, Жонас! Я сейчас открою.

Она взяла незнакомца за ноги и потянула изо всех сил, чтобы оттащить его к центру комнаты, но он оказался слишком тяжелым. Все-таки ей с трудом удалось отодвинуть его на достаточное расстояние, чтобы Жонас смог войти.

– Оставьте поднос снаружи, я не могу ничего сделать, – сказала она, приоткрывая створку.

Мажордом кое-как пролез через узкий проход.

– Но что же пвоизошло, мадемуазель Мавианна? О! Господин бавон! – воскликнул он, разглядев препятствие. – Господи! Он ванен!

– Вы знаете этого человека?

– Пвеквасно! Он, как гововится, свой человек. Это генерал Фувнье-Савловез. Вазве мадам Фовтюнэ никогда о нем не гововила? Его нельзя тут лежать. Его надо в квовать.

В то время как черный гигант поднял раненого с такой легкостью, словно тот ничего не весил, и уложил в уже постланную постель, Марианна покопалась в памяти.

Генерал, барон Фурнье-Сарловез? Конечно, Фортюнэ уже говорила ей о нем с такими модуляциями голоса, которые хорошо знавшим креолку ясно говорили, какие воспоминания их вызывают. Это был красавец Франсуа, один из трех ее любимых возлюбленных, а остальными являлись не менее обворожительный Казимир де Монтрон, ныне изгнанный в Анвер, и гораздо менее очаровательный, но зато гораздо более богатый Уврар…

Но что такое Фортюнэ еще ей рассказывала? Почему Марианна никогда не видела его у своей подруги?.

. Ах, да: он был невозможный человек, «худший шалопай Великой армии», но также «лучший рубака» той же армии. Как таковой, он делил свою жизнь между блестящими воинскими подвигами и нахождением в резерве из-за бесчисленных дурачеств и непрерывных дуэлей. В данный момент его сослали в родную провинцию, где он должен был ожидать прощения Императора за последнюю шалость.