Шпили, маскароны, свинцовые переплеты оконных витражей и плошек-светильников на крышах – все горело позолотой, и Версаль сверкал, как усыпанный драгоценными камнями ларец. Новые кровельные плитки, в зависимости от угла освещения, то вспыхивали серебряным отсветом, то гасли, и в их прихотливый рисунок вплетался темный бархат ночи. А контуры крыш тонули в синеве неба.

Вокруг замка царило оживление, разноцветные ливреи слуг и лакеев перемешались с черными блузами рабочих, которые сновали взад и вперед с тележками и инструментами. Постукивание резцов и стамесок, обрабатывающих камень, вторило флейтам и барабанам отряда мушкетеров, который маршировал в центре двора.

Оглядевшись, Анжелика не заметила ни одного знакомого лица. Наконец она вошла в замок с бокового левого входа, где суета была особенно заметна. Поднявшись по широкой лестнице из разноцветного мрамора, она очутилась в просторном зале, битком набитом людьми в весьма скромной одежде. Она справилась, где находится, и оказалось, что она попала в караульное помещение. Каждый понедельник сюда приходили просители, чтобы оставить прошение или получить ответ. В глубине зала, на камине, стоял золоченый и посеребренный ковчег, олицетворявший персону короля. Но все надеялись, что его величество, по обыкновению, лично выйдет к просителям.

Анжелика, разодетая, в сопровождении пажа, чувствовала себя не в своей тарелке среди престарелых военных, вдов и сирот. Она уже собралась выйти, как увидела мадам Скаррон и с радостью бросилась ей на шею: слава богу, хоть кто-то знакомый…

– Вы не знаете, где двор? – спросила она. – Мой муж должен присутствовать при утреннем туалете короля, и я хочу потом к нему присоединиться.

Мадам Скаррон выглядела скромнее и беднее, чем обычно, и, казалось, мало подходила для того, чтобы разъяснять тонкости дворцового этикета. Однако, многократно пройдя по королевским приемным в хлопотах о пенсии, молодая вдова была в курсе всех деталей жизни двора и могла дать сто очков вперед самому Лорэ – газетчику, в чьи обязанности входило час за часом сообщать о придворных новостях.

– Я полагаю, король уже закончил свой туалет, – сказала мадам Скаррон. – Сейчас он должен пройти в кабинет, где проведет несколько минут с принцессами крови. Потом он спустится в сад, если не заглянет сюда. В любом случае вам лучше пойти вот по этой открытой галерее. Справа будет дверь, ведущая в прихожую кабинета короля. Там сейчас много народу, и вы наверняка встретитесь с супругом.

Анжелика взглянула на балкон, но увидела там только нескольких гвардейцев-швейцарцев.

– Я просто умираю от страха. Может быть, вы пойдете со мной?

– О дорогая, да разве я могу?.. – растерянно возразила мадам Скаррон, смущенно указав на свой более чем скромный туалет.