Андрей-то ведь сперва кивком просто позвал Сучка за собой, но тот, скорчив глумливую рожу, под смех артельщиков переспросил с плохо скрытой издевкой:

– Ась? Не расслышал я…

В ответ Андрей, не тратя сил на попытки донести до старшины свою мысль, сгреб его за шиворот и поволок за собой, так что появление Арины стало для шутника спасением: когда Немой хотел, чтоб его поняли, отвертеться от этого никому не удавалось, и Сучок тут исключением не стал бы.

Не зря Анна надеялась, что задача, поставленная перед ним воеводой на вчерашнем совете, встряхнет Андрея. И в самом деле, все происходящее показало, что он вышел из состояния тревожной растерянности, в котором пребывал после громогласного заявления главы рода у церкви, поскольку дело касалось не только его самого, и даже не вновь обретенной семьи, а благополучия всего лисовиновского рода. Вот Андрей и перестал терзаться да маяться сомнениями: раз Корней велел, надо выполнять. Он и начал выполнять, как все, за что брался – решительно и не откладывая.

Что там на посаде произошло, Анне позже рассказала Арина, не меньше Сучка озадаченная Андреевой целеустремленностью. Как боярыня и предполагала, Андрей велел старшине плотников указать ему самый лучший участок, да не на одну усадьбу, а с запасом, чтобы можно было там со временем поставить еще несколько. Сучок почесал лысину, стал что-то прикидывать, бурча себе под нос нечто хулительное, и, наконец, указал на пригорок у леса со спуском к самой старице, возле моста на остров. По его словам, там и было самое удобное место для усадьбы: в половодье вода туда не поднимется и дом с погребом не затопит, а лужок заливной можно частью под огород раскопать, а частью пока так оставить. Ну, и подход к реке удобный. На самом пригорке жилье со службами свободно разместится, на склонах сад можно разбить, и дорога в посад тот пригорок огибает – подъезд удобный получается.

Андрей предложенное место внимательно оглядел, прошелся вместе с Сучком и Ариной взад-вперед по пригорку и увиденным вроде бы остался доволен, после чего передал через Арину, что отныне тут селиться будут только Лисовины, а все прочие – в стороне. И тут же «осчастливил» Сучка требованием поставить здесь же дома и Илье со Стервом – как своим, лисовиновским.

А себе велел строить не просто дом, а чуть ли не княжеский терем – с подклетами, светлицей, горницами, высоким крыльцом и прочими радостями. А чтобы ошарашенному строителю понятнее стало, указал на девичью, которую с вершины как раз хорошо видно было. Правда, после возмущенных криков Сучка подумал немного и согласился свои требования уменьшить до разумных пределов.