Каждое деревце, каждая брусничная полянка в лесу – это же наше, родное.

– Согласна, – живо откликнулась Ксюша.

Я вспомнила, что подруга рассказывала мне о том, что с бабушкой они всегда собирали ягоды специальными совками, которые мастерил их дед.

Мы еще немного поболтали о том о сем и откланялись.

– Что скажешь? – выжидательно посмотрела на меня Ксюха, когда мы оказались на улице.

– Скажу, что мы на лыжах собирались побегать.

– Не занудствуй, – попросила она.

– Как по мне, история с вырубкой леса – вполне себе жизнеспособна. Сам Валентин Александрович сказал, что дрова тогда буквально на золото выменивали.

– За долгожданного ребенка отдавали бы гораздо больше, – заметила подруга. – Думаю, колдовал он. Нет, я уверена, что так все и было.

– Ты же сама сказала, что для зачатия к нечистой силе обращаться необязательно, – напомнила я.

– Так это я при соседе!

– Выходит, золотишко-то от лукавого.

– Меня больше интересует, как оно в нашем доме оказалось.

Мы молча шли по заснеженной дороге и смотрели каждая себе под ноги.

– А что, если, – нарушила я тишину, – Ирина Юрьевна – внучка того самого Ивана? С Валентином Александровичем они примерно одного возраста. Так что Савелий Бороев, его одноклассник из одиннадцатого дома, вполне может быть ей родствеником.

– Вот черт, – выругалась сквозь зубы Ксюша.

Под впечатлением от рассказа соседа мы вернулись в дом. Ксюха ходила из угла в угол, то и дело поглядывая на пирог с дорогостоящим содержимым.

– Что делать? – обратилась она ко мне.

– Можно в музей сдать, – предложила я.

– Ага! А если тут сокровищ на сотни миллионов?

– Ну ты загнула, – хохотнула я. – Может быть, Ирина Юрьевна что-то знает?

– С ее слов, дом она купила просто потому, что в эти места ее тянуло.

– Но мы не знаем зачем.

После небольших препирательств мы все-таки направились в дом к соседке. Ни о каком Иване Бороеве она не слышала и продолжала утверждать, что Ксюхина деревня представляла для нее исключительно художественную ценность.

– А на чердак можно еще раз залезть? – вдруг спросила Ксюша, которая еще вчера с большим скептицизмом отнеслась к этой затее.

– Да пожалуйста, – улыбнулась хозяйка, ничуть не удивившись. – Если понравилось там что, так вы не стесняйтесь, можете с собой что-то забрать.

Вскоре мы включали тусклую лампу на толстом пыльном шнуре.

– Ты ей веришь? – поинтересовалась подруга, как только мы прикрыли за собой деревянный люк.

– Говорит уверенно, – пожала я плечами, сама толком не находя ответа на ее вопрос. – Что ты рассчитываешь здесь найти?

– Хочу еще раз взглянуть на тетрадь с рецептами.

Ксюша раскрыла чемодан, а я принялась оглядываться по сторонам, сама толком не зная, что ищу.