Думаю, он просто грандиозный.

– Скорее страшно пыльный. Сэр Малкольм не возвращался в город с прошлого лета. Говорят, болеет, лежит в деревне, там воздух здоровее.

Дом действительно закрыт. Какая удача.

– Возможно, если семья тут не живет, экономка разрешит мне заглянуть внутрь.

Кучер внимательно посмотрел на незнакомку.

– Какая смелая! На фунт спорю – не разрешит.

– За спрос не бьют в нос.

– Постучусь с черного хода. Если меня пустят, Кэтрин обзавидуется. Скажет, что у меня отваги больше, чем разумения. Она всегда так говорит. – Нахалка повернулась к большому дому. – В худшем случае – дадут от ворот поворот.

Она чувствовала, как кучер буравил взглядом ее спину, когда она подходила к боковым воротам дома. Девушка подобралась к узкой тропинке между домом и садом. Когда ворота закрылись, она остановилась.

Тропинка, совсем узкая, шириной не более ярда, шла вдоль высокой стены, отделявшей владения лорда Гарольда. Она обратила внимание на окна над головой. Даже первый этаж был на высоте двадцати пяти футов.

Она потрогала каменную кладку торца дома, отметив глубину выступов между рустовкой углов здания, посмотрела на широкие подоконники над головой, а шагая по тропинке, заметила, что окна не просто закрыты – заперты. Она повернула за угол и нашла служебный вход.

На стук не ответили. Она наклонилась и заглянула в окно. Кухня была пуста. На столе – ни утвари, ни ножей. Ничего. Раз сэр Малкольм в деревне, повара нет. Если нет повара, слуг всего несколько человек.

Она не верила, что экономка разрешит ей войти, но попробовать стоило. В таком случае ее задача сильно упрощалась. Отвлечь на две минуты – и готово.

Она осмотрела саму дверь. Массив дерева, и, судя по петлям, открывается она внутрь. Заперта на три замка. Ее не удивила бы еще и щеколда. Сэр Малкольм не рисковал: наверняка знал, что такой дом, да еще расположенный не в столь элитарном районе, как Мейфэр, может привлечь воров.

Проникнуть внутрь нелегко. Значит, ей придется идти непростым путем.

Девушка вернулась в проход. На этот раз, медленно двигаясь по нему, она осматривала кирпичный дом по соседству.

– Думаю, тебе нет смысла уезжать из города прямо сейчас, – убеждал Габриэль, глядя, как Гарри складывает в чемодан рубашки, словно у него нет камердинера.

Впрочем, камердинера нет, но есть слуга, способный собрать вещи господина, только он занят другими делами.

– Не вижу, зачем мне оставаться, – пробурчал Гарри.

– Ты слишком быстро готов уступить, признать поражение.

Гарри выпрямился и уставился скорее на чемодан, чем на брата.

– Вчера вечером я видел, как она в глубине театральной ложи целует другого мужчину.

– Тогда поговори с ней.