Он тоже узнает меня и обрадуется мне.

Дальше этой встречи мои планы не простирались. Потребовались бы годы, чтобы легальным образом забрать детей от усыновивших их родителей, сказали адвокаты Таттертонов, и Тони был против этого процесса.

— Нечестно обременять Троя заботой о двух чужих детях: они могут невзлюбить его, а ведь ты знаешь, какой он ранимый, — говорил Тони. — Поэтому я не хочу, чтобы ты выиграла это дело. Стань его женой, роди ему детей и воспитывай их.

Прижимая трубку к уху, я с нарастающим волнением слушала гудки. Может быть, они уехали куда-нибудь отдыхать? Почему так долго не берут трубку? Затаив дыхание, я упорно ждала, когда раздастся мелодичный голосок Нашей Джейн.

Кейт, как мне казалось, не решится подойти к телефону, он слишком застенчив.

Трижды я набирала номер, который мне дал Трой, но к телефону так никто и не подошел. Я заказала третью чашку кофе и еще кусок черничного пирога, — бабушка нас баловала им только по большим праздникам.

В три часа я ушла из ресторана и поднялась на лифте в свой шикарный номер на пятнадцатом этаже, — мы с Томом частенько мечтали пожить именно в таком отеле, греясь на солнышке на склоне холма и представляя себе, каким будет наше удивительное будущее.

В Балтиморе я намеревалась пробыть не более недели, но Тони настоял на том, чтобы я жила в апартаментах, а не в каком-нибудь убогом одноместном номере. В моем распоряжении была довольно милая гостиная и даже полностью оборудованная всем необходимым кухня в черно-белых тонах, сверкающая чистотой.

Время неумолимо шло, в десять вечера я отчаялась дозвониться до Роулингсов и позвонила Трою.

— Только не нервничай, — успокоил он меня, — может быть, они куда-то увезли детей, а завтра вернутся.

За меня не беспокойся, со мной все в порядке. Впервые я не сомневаюсь в том, что меня ожидает прекрасное будущее. Уверен, что у нас с тобой все будет просто замечательно. Какой же я был дурак, моя дорогая, ведь правда же? Я верил, что мне суждено умереть, даже не дожив до двадцати пяти лет. Слава Богу, я встретил тебя, иначе я извел бы себя своими навязчивыми идеями.

Ночью мне снился Трой: он сделался совсем маленьким, как ребенок, и куда-то улетал от меня, крича, как Кейт: «Хев-ли! Хев-ли!»

На следующее утро я встала пораньше и с нетерпением стала дожидаться восьми часов, чтобы позвонить.

На этот раз мне ответил женский голос:

— Миссис Лестер Роулингс у телефона. Слушаю вас!

Я представилась и сказала, что хотела бы проведать моего брата и мою сестру, Кейта и Джейн Кастил.

— Нет! — закричала женщина и положила трубку. Я тотчас же перезвонила ей.

Рита Роулингс долго не отвечала, наконец я услышала ее рыдающий голос:

— Умоляю вас, — едва слышно проговорила она, — не тревожьте малышей.