– Что такое?

– Как думаешь, ты сможешь встретиться со своей матерью? Тебе разрешат увидеться с Джинни?

Я прочищаю горло. У меня тоже появлялись такие мысли.

– Во всяком случае, ради Джинни я готов попробовать.

– Переживаю, что ты опять… – Она не заканчивает фразу.

Но мне ясно, что она подразумевает. Боится, что снова слечу с катушек. Я не признаюсь, что в мой план входило забрать Джинни к себе. Это остается моей мечтой. Но знаю, что должен быть терпелив. Должен завоевать доверие Анджелы. Доверие Джинни. И моей матери. Если хочу быть с Тамсин – а я хочу этого всем сердцем и каждой клеточкой тела, – мне нужно забрать Джинни легальным способом. Когда до этого дойдет, я посвящу Тамсин во все детали, но до тех пор ей лучше ни о чем беспокоиться. Поэтому отвечаю:"

"– Не надо. Если станет тяжело, я с тобой поговорю. – И это правда.

По пути в «Закусочную Розы», которая находится в нескольких милях от центра города, меня покидает уверенность, которую я ощущал неделю назад во время разговора с Тамсин. Руки сжимают руль старого ржавого «Форда» Малика, который он одолжил мне для поездки. Давно я не водил машину. Хотя в тюрьме сдавал экзамен на права, на улицы города в последний раз выезжал с мамой, когда учился. Впрочем, через пару светофоров начинаю чувствовать себя уверенно. Улицы широкие, а автомобилей не так много.

Но у меня потеют ладони, и я то и дело вытираю их о джинсы. Мысли вращаются вокруг того, что ждет впереди. Что, если Анджела не хочет слышать правду? Стоит ли мне рассказывать ей все? Что, если она не придет?

Я медленно приближаюсь к границе города. Закусочная расположена на восточной окраине, поэтому Анджеле проще добраться до нее, чем до ресторана в центре. Без машины в такое отдаленное место попасть невозможно.

Я еду мимо автомастерских и импортно-экспортных предприятий, расположенных в больших складах. Это не оживленный район. Всего в паре миль отсюда начинается шоссе.

С колотящимся сердцем сворачиваю на парковку «Закусочной Розы».

Почти полдень, и, окинув взглядом кафе, нигде не вижу Анджелу. Я приехал на десять минут раньше, но все же надеялся, что она уже здесь. Выбираю столик у окна с видом на парковку и опускаюсь на диван, обтянутый искусственной зеленой кожей. На пластиковой столешнице видны пятна кофе и засохший ободок от бутылочки с сиропом. В ламинированных карточках меню, которые торчат между кетчупом и майонезом, наименования блюд снабжены картинками, на случай если посетители не умеют читать или у них полностью отсутствует воображение.

Я беспокойно ерзаю, когда к столику подходит полная официантка в красно-белой полосатой рубашке, которая мала ей как минимум на размер, и спрашивает, что мне принести.